Земля лишних. Трилогия

Не знаю почему, но кажется, что такая работа как раз по его части. Он оказался недалеко, подошел ко мне через несколько минут. Рассказал я ему свою идею, он тоже прикинул – и решил, что результат возможен. Надо пройтись по городу, поискать машину у отелей. Конвой уже несколько часов как в городе.

Если нет такой машины, то что тогда? Остается вероятность того, что, узнав про бой на Дороге и про то, что конвой вошел в город, наш виртуальный враг уехал из города. Возможно, если он занервничал. А чего ему нервничать, если мы о нем ни сном ни духом? Значит, поедет он, если поедет, с ближайшим сводным конвоем, какие здесь ходят через день.

И последний, как уверяет Михаил, был вчера, значит, следующий будет как раз завтра.

И если мы сегодня прогуляемся у гостиниц, а завтра посмотрим на отправление сводного конвоя, то есть вероятность, что нам доведется увидеть того, кто как раз и стоял за засадой. Не центральную фигуру, конечно, но следующее звено в цепочке. А вообще лучше всем бойцам поручить, где бы они ни были, поглядывать по сторонам на случай возникновения пропавшего автомобиля.

И еще я вернулся к мысли о почте.

Мог он отослать телеграмму, очень даже мог. Непохоже, что тут на почте оживленно, город живет сам по себе – некому им особо телеграфировать. А если есть телеграмма с текстом, оповещающая, что какое-то начинание постигла неудача, скажем кукуруза не уродилась или понос прохватил не вовремя, и направлена она куда-нибудь за границу Техаса, – то вероятность почти сто процентов, что отправлял ее наш клиент, рубль за сто.

Прикинули мы с Владимирским, как заглянуть в компьютер упитанной дамы в очках, сидящей за стойкой на почте.

Видать, осенило Михаила, потому что он вдруг засуетился, вытащил из кармана носовой платок и побежал за угол, в сторону ближайшего забора. Некоторое время он просто стоял там, разглядывая полосу травы у него, время от времени нагибаясь и раздвигая стебли руками, потом вдруг выкинул вперед руку с носовым платком и что-то схватил. И, неся это самое схваченное завернутым в платок, вернулся ко мне."

"– Ты что поймал? – спросил я его.

– Мохнатую сколопендру. Ух, мерзость! – сморщился он. – Дамы их смерть как любят. Хотя эта – рыжая, она почти безвредная, от ворсинок только ожог легкий может случиться или аллергия.

Вот черная – это другое дело, та еще тварь.

– Хорошая идея, – признал я сразу.

Мы зашли на почту вдвоем. Тучная особа в очках читала газету и строго поглядела на нас, когда мы ее отвлекли. Я попросил ее, если возможно, открыть текст моей телеграммы, мол, не уверен я, что в адресе я не ошибся. Дама в очках подобрела, даже спросила – кому телеграмма-то? Важная, наверное? Я ответил, что любимой женщине, чтобы не врать без нужды.