Земля лишних. Трилогия

Правда, мне показали его фотографию, так что увижу – узнаю, если он пластическую операцию не сделал.

Дмитрий возник ровно в три, минута в минуту, налегке, лишь с рюкзаком за плечами и большой спортивной сумкой в руках. Через стекло было видно, как он появился во дворе, выйдя не из бокса, как если бы был на машине, а из двери рядом. Все тот же охранник, который раньше встречал меня, подбежал к нему, вежливо отвел в сторону, показал на дверь иммиграционного контроля.

Дмитрий был молод – лет двадцати пяти на вид, если очень уж не присматриваться, коротко стрижен, светловолос.

Одет в камуфляжные штаны и берцы, синяя футболка обтягивает серьезные мускулы. Крепкий парень.

Катя встретила Дмитрия за стеклом, показала рукой в нашу сторону, говоря, видимо, что его встречают, после чего они занялись формальностями. В этот момент мы могли поговорить со Светланой, не опасаясь чьего-нибудь излишнего любопытства.

– Любимый, тебе придется на этот раз удовлетвориться исключительно духовным контактом, – тихо сказала она, стоя рядом и опираясь на барьер. – Я не в форме, и Майлз бдит.

– Ничего страшного, успеем еще, – ответил я.

 – Единения душ на сейчас достаточно.

Теперь вдруг так свободно стало врать. Я легко и не напрягаясь изобразил сожаление, – получилось правдоподобно настолько, что она сказала:

– Мы еще встретимся вскоре, не расстраивайся, – и слегка коснулась пальцами моей руки. – Компенсирую все упущенное. Ты принял мое предложение, насколько мне моя Катя передала?

Надо же, Катя становится «моей». В смысле – «ее». Девушка делает успехи на своем пути вверх.

– Да, я принял, – ответил я. – Но есть одно условие – у меня есть свои собственные дела, которые я должен привести в порядок.

Поэтому я хотел бы сам выбрать момент выхода на связь с твоим человеком, или он должен быть готов к тому, что я не как юный пионер – «всегда готов».

– Сколько тебе нужно времени?

По всему видать, ей это не слишком понравилось. Но ничего страшного, потерпит. Мне и подготовиться надо, да и цену себе набить.

– Около двух недель, может, немножко меньше, может – больше, – ответил я. – Две недели – это реально.

– Почему так долго? – возмутилась она.

Она явно ожидала, что я «все сейчас брошу и пойду доставать шарик».

– Потому что у меня работа, – объяснил я. – Даже не уверен, что буду сотрудничать с вами после того, как поговорю с твоим «олимпийцем». Возможно, я просто отклоню его предложение. А мое дело меня кормит, и весьма неплохо, поэтому портить его я не стану. С этим мы разобрались?

– Да, разобрались, – вздохнула Светлана.

– Второе: я буду встречаться только с тем, кто может принимать решения, – уже начал гнуть я свою линию.