Земля лишних. Трилогия

Ну и правильно – зачем зря на грубость нарываться? Лишь Бонита вопросительно посмотрела на меня, и я еле заметно кивнул ей – мол, все в порядке.

Как выяснилось, весь день группа занималась высадкой на судно, а сейчас, до темноты, по планам у них был ужин и разработка тактических схем эвакуации с судна. С наступлением же ночи вновь должны были приступить к поиску и захвату «Орки», на которой были даже сделаны из листов фанеры частично контуры некоторых кормовых надстроек «Звезды Рияда»."

"Опять сидели над планами и чертежами арабского судна, определяли места и очередность закладки зарядов «семтекса», которыми должны были быть выведены из строя системы связи, радары, сигнальные системы и двигательная установка, если захваченное судно придется оставить.

Экипаж же при таких условиях высаживался на спасательные плоты – те, кто оставался в живых после штурма. В идеале судно захватывалось, затем продавалось пиратам или наркоторговцам на самих Диких островах, там же оказывался и груз судна. Все следы – как самих захватчиков, так и пропавшего груза – должны были вести туда по замыслу Родмана. По идее, и экипажи чаще всего продавались вместе с захваченными судами, но на это ни у нас, ни у орденцев духу не хватило: все же мы не работорговцы. По плану Ордена свидетели даже не помешали бы комбинации, подтвердили бы факт пиратского нападения. Впрочем, наш замысел был немного другим, но Родмана мы, естественно, в подробности не посвящали.

Ночью мы уже лихо обнаруживали судно – как по маяку, так и по наводке с помощью радио, – безошибочно подгоняли к нему лодку, четко и бесшумно устанавливали лестницы, захватывали палубу.

В связи с тем что занятия у нас шли в основном ночные, сон сдвинулся на утро, когда уже начинало рассветать.

Именно в это время мы с Бонитой наконец остались в нашей палатке наедине, и я тихо показал ей наши запасные «оболочки». Говорили мы почти беззвучным шепотом, накрывшись спальным мешком с головой и мучаясь от духоты, хотя и проверили свою палатку на наличие подслушки.

– Зачем? – спросила она, перебирая в тонких пальцах свои новые личности.

– На всякий случай.

– Кто еще знает? – снова спросил она.

– Тот, кто сделал. Но она будет молчать, потому что это абсолютно нелегально.

– Насколько надежные?

– Судя по всему – на девяносто девять процентов, – ответил я. – Эти люди числятся приехавшими и живущими здесь.

– Руководство знает?

– Никто не знает и знать не должен, – ответил я решительно. – Никогда.

– Ты им не доверяешь? – В голосе послышалось удивление.

– Я доверяю Барабанову, – ответил я. – Доверяю как себе. Доверяю его командиру, но уже меньше, потому что знаю его меньше. И я совсем не знаю людей, которые командуют ими.