Земля лишних. Трилогия

Впрочем, процесс ловли большой рыбы тоже не занял больше пяти минут. Леска рванулась в сторону, за кормой вскипела вода, все закричали, загомонили, пытаясь разглядеть, что же такое «клюнуло» на трехкилограммовую приманку. В пене и брызгах мелькнул темно-серый блестящий бок, затем белое брюхо, огромный хвост с серповидным плавником ударил по воде с такой силой, что брызги долетели до палубы судна.

– Здоровая тварь! – закричал Дмитрий.

Раздался звонкий щелчок, леска ослабла, и вода успокоилась – лишь следы от наших винтов немного баламутили поверхность воды.

– И кто это был? – невинно поинтересовалась Мария Пилар, подошедшая ко мне сзади.

Тим оповестил окружающих, что это была «долбаная акула» и что она была такая «долбано здоровенная», что мы не имели ни единого «долбаного шанса» ее вытащить. Придется теперь ловить еще одного «долбаного полосатика», чтобы повторить все заново.

Неожиданно в спор вмешался Пако и сказал, что Тим может оставить свои мнения при себе, а то, что оборвало леску, к акулам ни малейшего отношения не имело. Приманку схватила «реактивная рыба» – очень большая, подчас под четыре метра, массивная, формой тела напоминающая нашего тунца и разгоняющаяся до невероятной скорости.

За счет особых полостей она пропускает через себя воду, создавая при необходимости дополнительную тягу по принципу водомета. Единственное различие с земным тунцом составляет голова рыбы – конической формы, покрытая панцирем, которую «реактивная рыба» использует как таран, буквально вышибая дух из своих жертв. После чего голова разделяется почти пополам гигантской пастью, усаженной острейшими зубами, и рыба рвет оглушенную добычу на манер акулы.

Я оставил людей ловить «долбаных полосатиков», а сам пошел к капитану на крышу надстройки – на открытый ходовой мостик. Капитан сидел в своем кресле, глядел на горизонт, судно шло на автопилоте.

– Доброе утро, шкипер, – поприветствовал я Соузу.

– Доброе утро, – откликнулся он. – Как вам у нас на борту?

– Если бы не задание, с удовольствием провел бы с вами неделю-другую, – честно признался я. – Мне много приходилось работать в море на таких судах, сейчас просто ностальгия накатила. Где мы сейчас?

Капитан постучал пальцем по экрану, на котором мигали две пульсирующие точки маяков:

– Справа – остров Свободы, маяк Форт-Рейгана.

Вот этот… – Соуза показал на точку поменьше, практически прямо по курсу: – Это маяк на маленьком острове, который так и называется – остров Маяка. На нем есть радиомаяк, световой маяк и домик смотрителя. Больше на этом островке нет ничего, это просто скала в океане. Зато там гнездится много зубастых чаек.

– Зубастых чаек?

– Именно так. Не видели? – удивился он. – Здесь хищные птицы словно смесь птеродактиля с птицами.