Земля лишних. Трилогия

Что-то валится на меня сверху, со второй полки, со злобным пыхтением, чьи-то руки охватывают было шею, но сразу соскальзывают, а напавший тут же падает куда-то назад. Не один был этот живчик в каюте, – но кто-то из братьев успел следом заскочить, сдернул его с меня.

Тесно, как в шкафу, драться невозможно вообще. Тот, кто лежит у меня под ногами, повизгивает со страху, пытается лягаться и попадает мне по ногам. Снова пытаюсь ударить «хеклером», куда-то попадаю, но добиваюсь лишь отчаянного крика на арабском языке. Двое Рамиресов – не вижу, кто именно, – выволакивают второго «клиента» из каюты, пытаясь не дать тому разораться.

Еще двое ломятся в дверь напротив.

В конце концов мне удается оглушить ударом по голове продолжающего сопротивляться противника, навалиться на него сверху. Хорошо, что шприцы-тюбики в креплении удобно расположены – раз, и выдернул. И выдернул, и вколол дозу парализатора противнику куда попало. Но сработало: захрипел он, слегка завибрировал – так всегда бывает, когда яд действовать начинает.

Хлопает еще одна дверь – та самая, которую я должен был контролировать. Не спал один из команды, не спал, скотина такая! Тот самый, кого я караулить должен был.

Сунулся в дверь в коридор, увидел, что там творится, – и рванул обратно, в сторону трюмов и стальных дверей, за которыми как в сейфе. И еще по пути ему рычаг пожарной тревоги попался. Врубилось аварийное освещение, завыла сирена. Все. Скрытая часть операции закончилась.

– За ним! – заорал я заполошно. – Не дать запереться!

Маноло и Игнасио ломанулись за убежавшим. Луис и Карлос продолжали паковать оставшегося члена экипажа. Сирена выла так, что в ушах закладывало. Сверху донеслась автоматная очередь, затем рванула граната, потом сразу за ней – вторая, стрельба стихла.

Это нормально: наши все с глушителями, их слышно быть не должно. Дмитрий блокирует выход солдат с пассажирской палубы. Снова треснула пара очередей.

– Вы двое – наверх, в помощь Дмитрию, – скомандовал я Луису с братом. – Чтобы ни одна сволочь не высунулась из пассажирского отсека. Раулито – ко мне!

Это я уже в рацию скомандовал – понял, что без Раулито мы здесь не обойдемся: успеет сбежавший запереться где-нибудь.

– Бонита, ты где? – запросил я дальше.

– На ходовом мостике, – послышалось в наушнике.

– Помоги Дмитрию блокировать выход.

– На прицеле, – лаконично ответила она.

– Молодец.

Позицию Бониты мы уже заранее просчитали. Если залечь на верхней ступеньке мостика, то под обстрелом окажется не только выход из пассажирского отсека, но и значительная часть его коридора. А это, в свою очередь, означает, что всем, кто сопротивляется в этом месте, придется попрятаться в каюты. Что и требуется, потому что вариант «громкого входа» мы тоже отрабатывали.