Земля лишних. Трилогия

Сначала расстреляет тяжелыми бронебойными пулями ретранслятор, затем возьмется за антенну локатора. У патрулей только «короткая» связь. Есть относительно мощные радиостанции в машинах, но они не станут сразу вызывать свою базу или требовать подкреплений. Сначала они по «короткой» связи попытаются связаться с караульным помещением, понять, что случилось. А мое дело – правильно дирижировать боем, чтобы все происходило вовремя и чтобы никто не забегал вперед, но никто и не отставал от партитуры. Не надо спешки, не надо героизма – просто все должно происходить своевременно, а план операции должен соблюдаться.

Самолет на экране зарулил на стоянку, к нему подкатили три патрульные машины, сдали задом, ощетинившись от него в стороны стволами пулеметов, подставившись подкравшейся сзади угрозе.

– Начали разгрузку, – сообщил я в рацию. Ничего на первый взгляд не произошло, но на стационарной радиостанции на столе Дворжака замигала красная лампочка у надписи «Malfunction»94, загудел зуммер.

– Что за черт! – нахмурился лейтенант.

– Что случилось? – с неменьшей озабоченностью в голосе спросил я.

– Радиосвязь… – показал он на серые блоки рации.

Мои руки уже сжали рукоятку ПСС, потянули пистолет из брючного кармана. Из кобуры или подсумка доставать слишком заметно было бы: характерное движение – любой военный насторожится, а просто из бокового кармана очень не по-военному. Пистолет извлечен, но я телом закрываю его от лейтенанта.

– Дворжак, мне не нравится это, – подбавил я еще нервов в голос. – Проверьте телефон.

Я говорил это ему и заодно в прижатый к горлу микрофон, для Раулито, который после этих слов начал считать до десяти и откинул крышку над красной кнопкой, над которой сверху была проставлена единица.

Дворжак потянулся к телефонному аппарату аж с четырьмя разноцветными трубками и множеством лампочек, стоявшему слева от него, вынужденно повернувшись ко мне затылком. И этого было достаточно. Я поднял ПСС, прицелился ему в затылок и нажал спуск. Щелк!

Пистолет слегка трепыхнулся в руке, стальная пуля патрона СП-4 пробила череп и углубилась в мозг, убитый начал заваливаться в сторону на вращающемся стуле. Я придержал его левой рукой, ухватив за шиворот, навел ПСС в голову спавшего на столе и зашевелившегося было контролера, и вновь дважды потянул спусковой крючок.

Щелк-щелк. Две пули пробили череп, я даже услышал звук их ударов в кость, и убитый просто перестал шевелиться, оставшись в той же позе, в которой спал. Как будто ничего и не изменилось – только два ручейка крови, смешиваясь в волосах, стекали на скрещенные руки и столешницу.

В этот момент я услышал отдаленный взрыв, и на четырехтрубочном телефоне погасли несколько лампочек, а в коридоре отключился свет.