Сердце Дракона. Одиннадцатый Том. Часть 2

Перед его внутренним взором появился образ Х-образного шрама на далекой скале. Шрама, который Орун оставил не используя мистерий меча или энергии.

А значит — не используя и самого меча.

Но, все же, шрам оставили именно его клинки.

Простая, казалось бы, загадка, которую Хаджар не смог решить ни за сорок лет пребывания на Горе Ненастий, ни за несколько недель в реальном мире.

Не мог — до этого самого момента.

Глава 984

Глава 984

Продвигаясь по пути развития, адепт постигал суть себя и мира, с которым взаимно отражался друг в друге.

Он понимал, как все тесно связано и переплетено друг с другом.

Сперва он вплетал в этот путь свое тело, затем разум, потом душу, следом свою потаенную суть, потом сливал все это воедино и не важно шла ли речь о ступенях развития энергетической структуры адепта или его владения оружием или магией.

Но об одном адепты забывали.

Не могли этого увидеть.

И никто не мог ни намекнуть, ни подсказать.

Это можно было лишь понять самому.

Орун научил своего ученика всему, что знал сам, но это было лишь сродни записи информации внутрь нейросети. Найти квинтэссенцию этого знания, его суть — Хаджар должен был сам.

И после того, как Х-образный шрам вдруг сменился на лица тех, кто был ему дорог, Хаджар все понял.

Он увидел Элейн, её жениха и их неродившегося сына. Он увидел Эйнена и Дору, обнявшихся около тусклого костра. Увидел Анетт, Тома, Гэлхада и даже Анис.

За что сражаться Хаджару?

Чтобы сделать свою жизнь лучше? Он и так мог, отказавшись от дальнейшего продвижения по пути развития, жить не хуже главы аристократического рода.

Он мог вернуться в Лидус и создать из него мощный регион.

Но…

Что было бы дальше.

После десяти веков. Сотни веков. Тысячи веков. Или целой эпохи. А после двух. Трех?

Чтобы осталось от Хаджара Дархана и того, как он жил. Чтобы оставил он после себя для тех, кто придет следом. Для детей, детей их детей и детей их детей.

Ничего…

Ради кого Хаджар начал свой поход против Седьмого Неба? Ради себя.

Так было по началу.

Но теперь.

Хаджар вновь увидел перед собой лица дорогих ему людей и просторы родной страны.

Морган, всего несколькими словами, смог сотрясти душу Хаджара и показать ему границы истинного отчаянья.

Но здесь, стоя у врат Луны, Хаджар видел ответ на своей вопрос. Он видел ответ на то, почему Орун, величайший воин эпохи, отдал за него — глупого мальчишку, свою жизнь.

Потому что Орун оставил после себя нечто большее, чем он сам. Что-то, что будет жить и спустя эпохи. Жить в том, кому это передаст Хаджар, а может и уже живет — в юном воине, который лишился дома, отца и родных, но смог защитить свою мать.

Орун оставил после себя волю.

Хаджар посмотрел на черное небо, застывшее гранитом над его головой.

— Я вижу… — прошептал он. — вижу, что находиться дальше…

Его воля.