Горькие ягодки

С этими старшекурсницами… Как это… Зачем?

– Что, хочешь присоединиться, Маруся? – ухмыляется он, вмиг развеивая мои сомнения в реальности происходящего.

Андрей не торопясь шарит взглядом по мне. Он… ох, он смотрит конкретно на мою грудь, обтянутую тонкой кофтой. На мою! Грудь! Я с ужасом чувствую, как эта часть тела легко предаёт меня, послушно заостряясь под его взглядом, словно зверушка по команде опытного дрессировщика. И он это прекрасно видит! Аааа!!!

– Мы уже хотим лечь спать. Уже поздно… – пищит из-за моей спины Элька.

– Спать так спать, – ухмыляется Андрей, не отводя ленивого взгляда пресыщенного хищника от моей груди.

– Всё, други, меняем дислокацию. Малышкам пора баиньки, – бросает он в глубину комнаты.

Мы с Элькой молча смотрим, как компания покидает отвоёванную нами территорию. Лидка старшекурсница, без пяти минут логопед, хрупкая блондинка с карим наивным взглядом из-под длинных искусно накрашенных ресниц, по-хозяйски обвила Андрея как ядовитая лиана стройную пальму где-нибудь в тропиках.

Да что за ассоциации у меня такие дебильные, соберись, наконец, Марианна, и перестань пялиться на них как заворожённая.

Но мой взгляд мне не подвластен, и я с каким-то болезненным интересом продолжаю смотреть на Лидкину руку с вырвиглазным алым, под цвет помады, маникюром, которая преуютно устроилась на поясе джинсов Андрея, как раз там, где расстёгнутая кнопка.

Лидкины пальцы обвивают эту кнопку как бледные змейки с алыми головками. И большой палец, кажется, пробрался ниже. Прямо туда. Я с трудом отрываюсь от бессовестной Лидкиной руки и напарываюсь на насмешливый взгляд Андрея. Он подмигивает мне на прощание, уходя.

– Фу, хоть топор вешай, – распахивает настежь окно Элька.

Порывы свежего морозного ветра врываются в наш временный дом, унося с собой терпкую смесь запахов и заодно выметая тепло.

– Закрой, Элька, холодно… – меня бьёт крупная дрожь. И не только от холода. Я только сейчас окончательно осознала, что это был Андрей. И что окажись мы сейчас, в эту секунду, неведомыми путями наедине, та наша ночь повторилась бы, стоило ему лишь захотеть. Без малейшего сопротивления с моей стороны.

Да что там, сопротивления. От одного его взгляда волна удушливого жара залила меня всю. Каждая клетка моего несчастного тела с готовностью тут же вспомнила ту ночь. Ту ночь, в конце которой он позвал её, напоминает разум, отрезвляя меня. Неведомую мне Элечку. И мою нынешнюю подружку зовут так же. Вот ведь ирония судьбы.

– Ой, фу, гадость какая, ты только посмотри, Марианка, – Элька брезгливо тычет пальцем на полотенце, на котором виднеется использованный презерватив.