Серийный бабник
Зря Иннокентий Павлович воспользовался своим служебным положением, очаровывая Киру. Ужаснувшись его напору, девушка сбежала с места встречи, невзирая на гнев начальства. Однако настойчивый ухажер даже не подумал оскорбиться и уже на следующий день явился чашку чая и коробку конфет. Надо заметить, подаренных Кириным соседом Борисом – весьма очаровательным юношей. Так вот, едва успев проглотить первую конфетку, гость тут же испустил дух. Кроме дотошного следователя, «преступницу» мучают два вопроса: откуда у Бориса взялись отравленные сладости и почему он подарил именно ей? Неужели по принципу «так не доставайся же ты никому»?…
И смотрела она на отца слишком, слишком заинтересованно. Словно бы решала важную для самой себя задачу.
– Я уже говорил, что такой суммой я свободно распоряжаться не могу. И взять мне их просто негде, – высказавшись таким образом, Виктор Алексеевич тяжело поднялся со своего места. И вышел из комнаты, всем своим видом показывая, что не собирается продолжать этот разговор.
– Врет, – услышала Кира злой, едва различимый шепот. – Есть эти деньги. Мне Борька сам говорил. В сейфе лежат.
Кира вздрогнула. И, скосив глаза, обнаружила, что голос принадлежит Ниночке.
Да, но у всякого человека есть не только отец, но и мать. И что скажет мать Бориса? Кира знала, что Анастасия Владимировна уже уехала к себе на городскую квартиру. Но не беда. Есть же телефон. И, набрав нужный номер, Кира приготовилась выслушать потоки жалоб на отцовскую черствость Виктора Алексеевича и мольбы как-то повлиять на него и выжать деньги на выкуп сына.
Ничуть не бывало! Анастасия Владимировна даже не заикнулась о том, что следует начать собирать выкуп.
– Виктор всегда принимал решения сам, – только и сказала она. – Если захочет, то заплатит. Я никогда не вмешиваюсь в его дела.
– Даже когда речь идет о жизни вашего сына?
– Моего сына?
Пауза.
– Да, конечно, похищен мой сын. Вы правы. Но я уверена, что Виктор все устроит.
Кира не верила своим ушам. Что происходит? Они же обожали Бориса? Или нет? Судя по поведению Анастасии Владимировны и Виктора Алексеевича, Борис в доме был не слишком избалован родительской любовью и лаской.
Нина и Рина по этому поводу высказались скупо. Их больше заботило, что они сами не ходят в любимчиках своих родителей. А главное – отца, у которого в руках были сосредоточены все деньги семьи.
– Нормально папа к Боре относится, – буркнула Нина. – Да и как иначе? Боря уже несколько лет тянет на себе всю компанию.
– А как же Владимир?
– Вовик?! – усмехнулись сестрицы. – Вот он у нас точно маменькин и папенькин баловень.
– Младшенький, – сказала Рина со злобой в голосе.
– Младшенький, – согласилась с ней Нина. – Но ни в одной семье, сдается мне, так с младшими детьми все равно не нянькаются!
И сестры неодобрительно хмыкнули.
– И добро бы славный парень был, – сказала Рина. – А то из себя кургузый, с детства перекормленный, характер противный.
Кира была поражена.

















