Сеульская история любви

Скинув кроссовки и туфли, уставшие парни сунули ноги в тапочки и прошли в квартиру, а «носильщики» сразу отправились на кухню.

- Ребята! Все бегом – каждый в свой душ – и через десять минут жду вас за столом, - распорядилась я, начав распаковывать пакеты. Парни без разговоров отправились к себе, только Чимин, по обыкновению, начал дурачиться – сложил ладони вместе и начал низко кланяться:

- О, строгая менеджер-ним! «Слушаю и повинуюсь, моя госпожа!»

За что тут же получил кулаком в бок, заойкал и в притворном бессилии рухнул на диван в гостиной, широко раскинув руки. И завопил противным голосом:

- А-а-а!!! Погибаю в расцвете лет, невинно умирающий от руки жестокого менеджера!

- Ну ты, умирающий лебедь, иди уже, а?! Да поспешай, отсчет пошел! И у тебя осталось уже восемь минут! Грязнуль за стол не пущу! – непреклонным тоном заявила я.

- Так, может, тебе тоже стоит душ принять?! – хитро прищурился Чимин.

- Поговори мне еще! – замахнулась я на него пластиковым контейнером с кимчхи, который в этот момент доставала из холодильника.

- Всё-всё, лечу уже! – и, правда, унёсся к себе, громко хохоча, весь тонкий и звонкий, как серебряная струна.

У меня уже полностью был накрыт стол, когда парни потянулись из своих комнат, чистые, с влажными еще волосами, в простых футболках и спортивных штанах.

Расселись за столом, я начала заваривать чай с мелиссой и мятой – для кофе было уже слишком позднее время. И тут Джин крикнул:

- А ты чего, менеджер? Долго мы тебя ждать будем?

- А вы не ждите меня, ешьте, скоро чай будет готов.

- Да при чем тут чай? Иди сама кушать! – настаивал тот.

- Да нет, вы ешьте. Я поем дома!

- Еще чего! Тебе до дома еще добраться надо! – Хосок выскочил из-за стола и, схватив меня за запястье, потянул к столу и почти насильно усадил между собой и Тэхёном.

Пришлось подчиниться, тем более что J-Hope сбегал к посудному шкафу и вернулся с тарелкой и приборами для меня. Я поблагодарила, парень уселся рядом. И тут же они с Тэхёном с двух сторон потянулись палочками с зажатыми в них кусочками еды к моей тарелке. Я онемела. А они аккуратно положили мне курицу и кусок рыбы и, похоже, вознамерились повторить процедуру, но я пришла в себя и:

- А-а-а-а!!! – заверещала я, да так, что парни застыли, держа палочки в воздухе, и с кусочка Хосока скатилась капля соуса и упала на столешницу, рассыпав вокруг себя целый фейерверк мельчайших брызг.

Чонгук, который в это время пил воду, поперхнулся от неожиданности и закашлялся, так что сидящему рядом Чимину пришлось из всей силы колотить его ладошкой по спине.

А Сокджин воззрился на меня и спросил:

- Ты чего?!

- Я чего?! Нет, это вы – чего?! – возмутилась я. – Я что, инвалид парализованный?! Сама не могу за собой поухаживать?! Не надо меня кормить! Сама возьму, что захочу!

- Фух! – выдохнул Шуга.