Сеульская история любви

Мы заснули только под утро, обняв друг друга, словно боялись, что – если разожмем руки – кто-то из двоих непременно исчезнет, потеряется в пространстве.

И, уже засыпая в кольце его сильных рук, я поняла, что была тако-о-ой дурочкой, отталкивая его раньше.

Глава 42

42***

Я проснулась внезапно, как от толчка. В комнате было еще совсем темно. Юнги спал, уткнувшись носом мне в ключицу и щекоча теплым дыханием. Его расслабленное тело было теплым, а рука, закинутая на меня, тяжелой, как это бывает у спящих. Я протянула руку и провела ладонью по его волосам:

- Юнги, - позвала шепотом.

Он вздохнул во сне, пошевелился и сонно протянул:

- М-м-м-м…

- Юнги, парни тебя потеряют. Могут догадаться…

- М-м-м-м… - опять произнес он и, не открывая глаз, притянул меня ближе к себе. – Хоби знает…

- Что?! – дернулась я. – Знает?!

- Мы с ним поговорили.

- И что?!

- Он все прекрасно понимает… Он догадывался еще с того вечера… когда предупредил тебя об осторожности.

- И?

- Меня тоже предупредил… Ну, что ты, любовь моя?.. – он поцеловал меня в обнаженное плечо и опять вздохнул, окончательно просыпаясь. – Ты же из-за этого не начнешь опять бегать от меня?

- Нам, правда, надо быть очень осторожными!..

- Угу, - промурлыкал он, покрывая дорожкой поцелуев мою шею, отчего кожа покрылась зябкими мурашками, и пульс участился.

- Подожди, тебе надо возвращаться… Ребята не дураки, они же знают, что ты поехал провожать меня домой.

- Ага, знают, - согласился он.

- Как я потом буду смотреть им в глаза? Что они будут думать?!

- Что я люблю тебя, а ты любишь меня. И вообще – это не касается никого, кроме нас двоих!

- Не касалось бы, если бы ты не был айдолом, а я – твоим менеджером, - уже вот вроде все между нами прояснилось, а я опять начала паниковать

- Ты – мой менеджер. А еще – моя любимая птичка-колибри, и я не позволю никому обидеть тебя.

- Скажи, Юнги, – почему я? Зачем я тебе?"

"- Я же вроде уже говорил тебе… - он устроился поудобнее на подушке и притянул меня к своей груди. – Ты изначально была… другая. Не похожая на всех этих восторженных малолеток, которые бывают на наших концертах. Вообще – ты, наверное, уже заметила, что я интроверт. Мне не очень комфортно в большой толпе, я люблю быть один – чтобы никто не крутился рядом, когда я пишу музыку. Мое творчество, моя работа и музыка – самое главное для меня.

Я затаила дыхание, вслушиваясь в эту исповедь, стараясь не пропустить ни слова, а он тихо продолжал:

- Ты, конечно, не знаешь, но несколько лет назад, еще до дебюта, у меня были отношения. Черт его знает, почему я тогда увлёкся – девчонка была на несколько лет младше, совсем еще юная. Она буквально выедала мне мозг, постоянно спрашивая: «Ты меня любишь?» Ей все время хотелось, чтобы мы проводили время вместе, что при моей тогдашней загруженности было совсем уж не реально.