Сеульская история любви

Оно было жарким и в то же время дождливым, и эти перепады мучили меня – к концу беременности руки и ноги начали отекать, и я уже ходила медленно, переваливаясь, как большая утка. Сын старался подвозить меня, куда только возможно, но я отказывалась, говоря, что мне надо и самой двигаться. Он только вздыхал и повторял:

- Но тебе же тяжело, мама!

Марина со временем смирилась с моей беременностью и опять начала нормально общаться, что меня несказанно радовало.

Про BTS в интернете не появлялось никакой новой информации, лишь один-единственный раз промелькнула новость, связанная с празднованием Дня независимости. Джин, Чонгук, Тэхён и Чимин – наши вокал-лайн в полном составе, вместе с другими айдолами из других групп, которые в это же время проходили службу, исполняли при поддержке большого сводного хора Гимн Республики Корея. Я скачала себе это видео и буквально затёрла его, просматривая по несколько раз в день. И хоть на нем не было Юнги, все равно эти просмотры грели мне сердце и душу.

Шел уже август, когда однажды ночью я проснулась от того, что ребенок особенно сильно толкался. Словно старался показать, что ему уже пора. Я позвонила сыну, он тут же примчался на машине и отвез меня в роддом. Моя врач тоже была вызвана, операционная бригада поставлена в известность, что мне показано кесарево сечение, и меня сразу начали готовить к операции.

…Просыпалась я медленно, мучительно, не понимая в первые мгновения, где я и что со мной, окидывая блуждающим взглядом белые стены и потолок укрытого полумраком помещения. В теле была непривычная легкость, и, скосив глаза, я не увидела привычной приподнятости живота и ужаснулась – что?! Что с ребенком?!

Попыталась позвать хоть кого-нибудь, но вместо крика из пересохшего горла вырвался какой-то жалкий сип. Я пошевелилась, вновь попыталась закричать, и увидела, как надо мной склонилось незнакомое женское лицо:

- Проснулась, милая? Вот и хорошо! Вот и молодец! Сейчас тебе губы намочим – полегче станет. Пить тебе пока нельзя…

- Ребенок… - прохрипела я. И она понимающе покивала:

- Все хорошо с твоим ребеночком. Мальчик родился. Хорошенький, чернявенький. А горластый какой! Точно – певцом будет!

- Мальчик… - повторила я и почувствовала, как быстрая слезинка скатилась из уголка глаза по виску и впиталась в плоскую больничную подушку. – А… Где он сейчас?

- В детской палате, конечно. Спит, наверное. Уже вечер. Ты тоже долго спала. Но ничего! Сейчас уже все хорошо. Скоро переведем тебя из реанимации в палату. Там и дитя тебе принесут, – говоря это, сестра проверяла показания приборов, измерила мне температуру, поправила одеяло, которым я была укрыта. – Сейчас наденем на тебя сорочку, и все будет просто отлично!

Она ловко одела меня, аккуратно приподняв, и вновь опустила на кровать.