Шелест 3 (СИ)

— Господин полковник, — обозначил я короткий поклон, теперь уже Уфимцеву.

— Пётр Анисимович, — ответил он.

— Ваше высочество, позвольте обратиться к господину полковнику.

— Прошу, — сделала она приглашающий жест, беря с походного столика кубок, и делая небольшой глоток.

При этом Уфимцев едва сдержав улыбку, отвернулся, и подал какой-то знак своему адъютанту. Тот лихо отдал честь, и свалил со скоростью звука. Вот как-то сомнительно, что получил важное распоряжение, скорее всего просто приказ удалиться, а его начальник получил возможность спрятать от меня и великой княгини свою морду лица.

— Павел Александрович, предлагаю нанести удар по татарам, пока они не пришли в себя, — произнёс я.

— Считаю это излишним. Мною уже отдан приказ по полку выдвигаться в прежнем направлении и порядке, даже трофеи запретил собирать, как и добивать оставшихся раненых. Разве только разрешил срезать мясо с побитых лошадей. Свежатина в котлы не помешает.

Правильно приготовленная конина, чтобы вы понимали, вкуснейшее мясо. Так что, уберите свои презрительные ухмылки. У непутёвого повара и отборная говядина превратится в дерьмо.

— Но я говорю не о полке, Павел Александрович, а о своей группе. Мы уже показали противнику силу нашего оружия, теперь пришла пора проявить себя нашим сильным одарённым.

— Вы уже это сделали, Пётр Анисимович, ссадив пятерых одарённых, как минимум седьмого ранга.

— Пётр, ты убил пятерых одарённых? — удивилась Мария.

— Да, это так ваше высочество, — с поклоном подтвердил я, и опять к Уфимцеву. — Но господин полковник, это всего лишь один одарённый, к тому же на воздушном шаре, а значит не простой дворянин. Я же предлагаю поставить окончательную точку, чтобы хан не трепыхался.

Не отвечая мне, полковник посмотрел на Долгорукову, и та улыбнувшись, сделала приглашающий жест, мол излагайте. Похоже она опередила меня и придерживалась того же мнения, но получив достаточно аргументированный отказ, теперь была на стороне полковника. Тот смерил меня взглядом словно хотел сказать, вы бы уже все вместе собрались, чтобы не повторяться. Но произнёс другое.

— Татары обычно стараются не вступать в открытый бой, не имея явного превосходства. Тут оно вроде бы было на их стороне, но мы заняли теснину прикрывающую нас с флангов, и успели выставить ежи, что существенно затруднило лобовую атаку. Неся большие потери калга-султан* Мехмед Герай, всё же попытался закрутить карусель, и используя численное превосходство засыпать наш строй стрелами. Однако не преуспел в этом, и видя, что плотность огня не ослабевает, предпочёл отступить. Не уйти, а лишь отступить, что у татар не считается поражением. Он скорее попытался выманить часть наших сил и расстроить оборонительные порядки.