Шесть соток для Робинзона

А шантажистка совершенно спокойно предложила:

– Вы подумайте над моим предложением. Если покинете дом Стебункова, порекомендовав меня на свое место, ваша грязная тайна останется нераскрытой, да еще вы получите в придачу немалые деньги. Откажетесь мне помочь – Иван Гаврилович мигом узнает про сифилис. Представляете реакцию Стебункова? Славная ситуация: по его квартире разгуливает женщина с опасным заразным заболеванием, моет посуду, готовит еду, стелет хозяину постель. Слышали, что сифилис передается бытовым путем?

– Я давно вылечилась, – холодея от ужаса, пролепетала Зимина.

– Не знаю, не знаю, – протянула Алена. – Конечно, Стебунков взбесится, отправит вас на анализы, выяснит правду о состоянии вашего здоровья, а потом выгонит с позором. Вы уверены, что до того, как вылечились, не заразили хозяина?

– Иван Гаврилович не жаловался на здоровье, – прошептала Ира.

Ротова противно захихикала."

"– Ваша глупость сродни тупости пещерного человека. Неужели вы не полазили по Интернету, не поинтересовались информацией о своем заболевании? Болезнь в самом начале проявляет себя в виде небольшой язвы, и, как правило, зараженный не беспокоится. Ну, подумаешь, нарыв! Потом язвочка проходит, и дальше возможны варианты. У кого-то появляется сыпь, а кто-то живет себе, не подозревая, что инфицирован, болезнь дремлет в его организме, чтобы проявиться, иногда спустя несколько лет. Вдруг у Стебункова подобный случай? Что он сделает с вами, узнав, какой «подарок» вы принесли в его дом?[8]

Ирина настолько перепугалась, что потеряла сознание. Когда Зимина очнулась, ей на секунду показалось, будто она спала и видела дурной сон. Но нет, подлая Ротова сидела на диване и улыбалась.

Глава 33

Бывшая домработница Стебункова замолчала, а я решила избавить ее от продолжения исповеди.

– И вы подчинились шантажистке?

Зимина затряслась.

– Да. Ужасно испугалась. Вдруг она права, я заразила Ивана Гавриловича, и болезнь у него протекает незаметно…

– Ирина, вам следовало сразу поставить хозяина в известность о случившемся, – сказала я. – Вы жертва изнасилования, получили заразу не из-за образа жизни или занятий проституцией.

Зимина всхлипнула.

– Я все равно потеряла бы это место. Мало того, меня бы точно отправили в диспансер, поставили на учет. Как потом жить? С позором! Без работы! Вы впустите в дом прислугу, которая лечилась от венерической болезни?

– Наверное, нет, – честно ответила я.

– В том-то и дело! – Ира заплакала.

Я возмутилась:

– Поэтому вы предпочли скрыть правду, воспользоваться услугами врача тайно и в то же время хлопотали по хозяйству, рискуя заразить других? Ладно, я еще могу понять, что вы не хотели огласки. Ну так уволились бы тихо, соврали: «Устала с тряпкой бегать, хочу переменить род деятельности».