Шестерка воронов

После этого она возвращалась с собранной информацией в лагерь.

«Если ты направляешься в Марох Глен, то поезжай лучше днем. Эти земли кишат злыми духами – откуда ни возьмись возникают бури!»

«Ведьма из Феллса настоящая! Мой двоюродный брат пошел к ней с приступом цифиля, а потом клялся, что никогда не чувствовал себя здоровее. Ты хочешь сказать, что он идиот? Да у него мозгов больше, чем у тебя когда-либо будет!»

Они нашли две семьи гришей, прячущихся в пещерах Истамеры, где якобы обитали феи, и спасли мать, отца и двух мальчиков – инфернов, управляющих огнем, – от толпы в Фенфорде.

Они даже совершили налет на судно работорговцев неподалеку от порта в Лефлине. Беженцев отсортировали, и тем, у кого не было способностей, предоставили возможность вернуться домой. Тем же, у кого эксперты нашли таланты, предложили убежище в Равке. Только старая сердцебитка, известная как Ведьма из Феллса, решила остаться.

«Если они хотят моей крови, пусть сами за ней придут, – рассмеялась она. – Я верну ее, взяв кровь у них».

Нина знала каэльский как родной и любила примерять на себя разные личности в каждом новом городке.

Но, несмотря на ее триумф, Зоя была недовольна. «Недостаточно просто знать языки, – выговаривала она. – Тебе нужно научиться быть менее… заметной. Ты слишком громкая, слишком несдержанная, слишком запоминающаяся. Слишком много риска».

«Зоя, – обратился к ней один эксперт, путешествующий с ними. – Будь полегче с ней». Он был живым усилителем. Когда он умрет, его кости могут усилить силу гришей, как акульи зубы или медвежьи когти, которые они носили. Но живым он был бесценен для их экспедиции, потому что мог использовать свой дар, чтобы чувствовать силу гришей через касание.

Обычно Зоя защищала его, но тогда ее темно-голубые глаза превратились в щелочки. «Мои преподаватели со мной не нянькались. Если она доиграется до того, что ее погонит по лесу толпа крестьян с вилами, ты их тоже попросишь быть полегче?»

Нина была ошеломлена и выбежала из комнаты, устыдившись накативших слез. Они задели ее гордость. Зоя кричала ей вдогонку, чтобы она не заходила за горы, но девушка не послушалась, желая убраться как можно дальше от шквальной. Так она и попала прямиком в лагерь дрюскелей.

Шесть светловолосых парней, общавшихся на фьерданском, собрались на скале над берегом. Они не разводили костер и были одеты как каэльские крестьяне, но Нина сразу же их раскусила.

Они долго на нее смотрели, сияющую в серебристом свете луны.

– О, слава богам! – прощебетала она на каэльском. – Я путешествую с семьей, но заблудилась в лесу. Может, кто-нибудь из вас поможет мне найти дорогу?

– Кажется, она потерялась, – перевел на фьерданский один из них.

Другой встал, в его руке был фонарик.