Шестерка воронов

Ее документы…

– Она не моя девочка, – Хелен злобно прищурилась. Инеж стояла неподвижно, но даже ей было не по силам исчезнуть, когда бежать некуда. – Это – Призрак, правая рука Каза Бреккера и одна из самых известных преступниц Кеттердама.

Люди вокруг начали пялиться на Инеж.

– Как ты смеешь приходить сюда под эгидой моего дома?! – прошипела Хелен. – Дома, который кормил и одевал тебя? И где Аджала?

Инеж открыла было рот, но нарастающая паника сдавила ей горло, придушив слова раньше, чем те успели сорваться с уст. Ее язык онемел и стал бесполезным. И снова она смотрела в глаза женщине, которая била, угрожала, купила ее, а затем продавала снова и снова.

Хелен взяла Инеж за плечи и потрясла.

– Где моя девочка?!

Сулийка скосила взгляд на пальцы, впивающиеся в ее плоть. На долю секунды она вспомнила все ужасы, случившиеся с ней, и стала по-настоящему призраком – привидением, покинувшим тело, которое принесло ей только боль. Нет. Это тело дало ей силу. Это тело переносило ее по крышам Кеттердама, служило ей в бою, подняло ее на шесть этажей вверх в кромешной тьме по испачканному копотью дымоходу.

Инеж схватила Хелен за запястье и резко крутанула вправо. Женщина вскрикнула, ее колени подогнулись, и стражники кинулись вперед, чтобы подхватить ее.

– Я сбросила твою девочку в ледяной ров, – прорычала Инеж, едва узнавая собственный голос. Второй рукой она схватила Хелен за горло и сжала его. – И там ей лучше, чем с тобой.

Чьи-то сильные руки тянули ее назад, пытаясь стащить с женщины.

Инеж задыхалась, сердце бешено колотилось в груди. «Я могла убить ее, – подумала она. – Я чувствовала ее пульс под своей рукой. Надо было убить».

Хелен поднялась на ноги, хныкая и кашляя, все вокруг бросились помогать ей.

– Раз она здесь, Бреккер тоже где-то неподалеку! – завопила она.

В этот момент, словно подтверждая ее слова, зазвучала сирена Черного протокола, громко и настойчиво. На секунду все пораженно замерли. Затем вся ротонда пришла в действие: стражники поспешили на свои посты, а командиры начали раздавать приказы.

Один из стражников, явно капитан, сказал что-то на фьерданском. Единственное слово, которое узнала Инеж, было «тюрьма». Он схватил ее за шелковый плащ и прокричал на керчийском:

– Кто еще входит в вашу команду?! Какова ваша цель?!

– Я не стану говорить.

– Ты запоешь, если мы захотим, – сплюнул он.

Смех Хелен был низким и грудным от удовольствия.

– Я увижу, как тебя повесят. И Бреккера тоже.

– Мост закрыт, – объявил кто-то. – Сегодня никто больше не попадет на остров и не уйдет с него!

Рассерженные гости повернулись в поисках хоть кого-нибудь, кто станет их слушать, с кого можно требовать объяснений.