Шестерка воронов

А если не сможет, он должен жить, чтобы спасти ее.

Боль в легких была невыносимой. Он должен сказать ей… что? Она чудесная и храбрая, и он ее не заслуживает. Он неправильный, лживый, перекрученный, но не настолько безнадежный, чтобы не суметь собрать из себя некое подобие мужчины, который ей подходит. Сам того не понимая, он начал полагаться на нее, искать ее, нуждаться в ее близости. Нужно поблагодарить ее за новую шляпу.

Вода давила на грудь, требуя сделать вдох. «Не буду», – поклялся Каз. Но в конце концов он открыл рот, и вода хлынула внутрь.

Часть шестая. Хорошие воры

39. ИнежСердце Инеж колотилось о ребра. В воздушной гимнастике бывают такие моменты, когда ты отпускаешь одну перекладину и тянешься к следующей, и вдруг понимаешь, что ошиблась, что больше не чувствуешь себя невесомой, потому что падаешь.

Стражники потащили ее обратно через тюремные ворота. Их было гораздо больше, как и оружия, направленного на нее, чем при первом ее появлении в этом дворе, когда она вылезла из фургона вместе с остальной командой. Они вышли из пасти волка и поднялись по лестнице, а затем ее повели по проходу в огромном стеклянном корпусе. Нина перевела ей тогда надпись на плакате: «Фьерданская мощь». В тот раз девушка усмехнулась, глядя на танки и оружие, и наблюдая краем глаза за Казом и другими парнями в противоположной части помещения. Она гадала, кто же эти люди, которые демонстрируют свою силу беспомощным пленникам в цепях.

Охранники шли скорым шагом. Уже второй раз за вечер Инеж сделала вид, что споткнулась.

– Шевелись, – рявкнул на нее солдат на керчийском и подтолкнул вперед.

– Вы идете слишком быстро.

Он грубо дернул ее за руку.

– Хватит плестись.

– Разве ты не хочешь познакомиться с нашими инквизиторами? – спросил второй. – Они мигом тебя разговорят.

– Но ты уже не будешь такой красоткой после их допроса.

Они расхохотались, и у Инеж скрутило желудок. Она знала, что они специально говорят на керчийском, чтобы она все понимала.

Девушка подумала, что могла бы одолеть их, несмотря на отсутствие ножей и наличие у них винтовок. Руки Инеж не были связаны, а они продолжали считать, что поймали опальную проститутку. Хелен назвала ее преступницей, но для них она была просто маленькой воровкой в лоскутах фиолетового шелка.

Только она собралась перейти в атаку, как раздались шаги – им навстречу шли два человека в форме. Удастся ли ей в одиночку победить четырех стражей? Инеж в этом сомневалась, но знала: когда они пройдут коридор, другой такой возможности не представится.

Она снова взглянула на плакат в стеклянном корпусе. Сейчас или никогда.

Инеж поддела ногой лодыжку стражника слева от нее. Он завалился вперед, и девушка врезала ему кулаком по носу, сломав его.

Второй стражник поднял ружье.