Шестерка воронов

"

"«Пусть святые примут меня».

Инеж прижала кончик ножа ниже груди, между ребер – стрела в ее сердце. Затем кто-то до боли сжал ей руку, заставляя выпустить кинжал.

– Пока рано, Инеж.

Голос, напоминающий скрежет от трения камня об камень. Ее глаза распахнулись. Каз.

Он взял ее на руки и спрыгнул с контейнеров, подвернув больную ногу.

Девушка застонала, когда они упали на землю.

– Мы выиграли?

– Ну, я же здесь, не так ли?

Должно быть, он бежал. Ее тело больно билось об его грудь с каждым резким шагом. Он не мог одновременно нести ее и опираться на свою трость.

– Я не хочу умирать.

– Сделаю все возможное, чтобы найти тебе занятие поинтересней.

Инеж закрыла глаза.

– Продолжай говорить, Призрак. Не ускользай от меня.

– Но именно это получается у меня лучше всего.

Он обхватил ее крепче.

– Просто потерпи до шхуны. Открой свои чертовы глаза, Инеж!

Она пыталась. Перед глазами все плыло, но она могла разобрать бледный блестящий шрам на шее Каза, прямо под челюстью. Ей вспомнилась их первая встреча в «Зверинце». Каз платил Танте Хелен за информацию – биржевые советы, разговоры политиков, все, о чем трепались клиенты «Зверинца», когда пьянели или теряли голову, находясь в состоянии блаженства.

Он никогда не посещал девушек, хоть многие из них с радостью отвели бы его к себе в комнату. Они утверждали, что при виде его у них мурашки бежали по коже, что его руки были навечно запятнаны кровью под этими черными перчатками. Но Инеж слышала возбуждение в их голосах, видела, как они провожали его взглядом.

Однажды ночью, когда он проходил мимо нее в гостиной, она решилась на глупый, отчаянный поступок.

– Я могу помочь тебе, – прошептала девушка.

Он окинул ее взглядом и пошел дальше, словно она ничего и не говорила.

На следующее утро Танте Хелен вызвала ее к себе. Инеж ждала очередного избиения или чего похуже, но вместо этого обнаружила Каза Бреккера, опирающегося на свою трость с вороном и желающего изменить ее жизнь.

– Я могу помочь тебе, – повторила она теперь.

– Помочь в чем?

Инеж не могла вспомнить. Ей нужно было что-то ему рассказать. Но это уже не имело никакого значения.

– Говори со мной, Призрак.

– Ты вернулся за мной.

– Я защищаю свои инвестиции.

«Инвестиции».

– Как я рада, что испачкала тебе кровью всю рубашку.

– Запишу это на твой счет.

Теперь она вспомнила. Каз задолжал ей извинение.

– Попроси прощения.

– За что?

– Просто скажи это.

Ответ она так и не услышала. Мир вокруг почернел.

13. Каз– Убираемся отсюда! – крикнул Каз, как только доковылял до шхуны с Инеж на руках. Паруса были уже подняты, и через пару минут они выплыли из гавани, хоть и не так быстро, как ему бы хотелось. Он знал, что стоило нанять пару шквальных для путешествия, но их было чертовски трудно найти.

На палубе царил хаос.