Шипы в сердце. Том первый

Я, может, и несу глупости, но кайфуете-то от них вы, Вадим Александрович.

— Двести два и сто тринадцать.

Господи, шпала.

В моменте картинки того, как это здоровенное тело будет вгонять член мне между ног, заставляют беспощадно жевать нижнюю губу. Вышвырнуть их из наполненной пузырьками головы — та еще задачка.

Я нервно смеюсь и все-таки возвращаюсь к шампанскому. Оно реально вкусное. И мне нравится приятная расслабленность. По крайней мере, теперь это не так сильно похоже на собеседование.

— На ноги мои пялились в офисе, Вадим Александрович? — Даже не пытаюсь скрыть, что это один из тех глупых вопросов, без которых я — не я.

Хочу почесать свое эго, черт подери. Имею право!

— Конечно, — слегка наклоняет голову на бок, оценивая пространство по краю стола.

Я даже не задумываюсь и не торможу, когда сбрасываю туфлю и вытягиваю ногу вперед под столом. Мысленно нахваливаю себя за то, что всегда ношу чулки «в тон» и сейчас это смотрится почти как голая кожа.

Упираюсь пальцами в его колено.

Авдеев скашивает взгляд вниз.

— И как — понравились?

Он подается вперед, свешивает одну руку вниз, обхватывает мою ступню как раз в тот момент, когда я укладываю ее ему на колено.

Сжимает пятку, мягко поглаживая. Пробегает вверх, до косточки, надавливает, трет большим пальцем маленькую ямку.

Чертов поганец, почему это так кайфово, что хочется закрыть глаза?

— Понравились, — слышу его все еще абсолютно расслабленный голос.

— А что еще понравилось? — Разглядываю его сквозь медленно всплывающие в бокале пузырьки. Почему так классно? Я что — правда перебрала? — Почему я, Вадим Александрович?

Его пальцы перебираются обратно на пятку, поглаживают ровно с тем нажимом, когда щекотка еще не наступила, но ощущения приятной дрожи уже растеклось по всей стопе.

Потом чуть сильнее сжимает мою пятку, на мгновение останавливая движение пальца. Он раздумывает. Или делает вид, что раздумывает? Пока жду, делаю еще глоток шампанского. Оно прохладное, игристое, но на контрасте с его теплыми пальцами кажется почти ледяным.

— Почему ты, Барби? — повторяет с легкой улыбкой. — Потому что ты забавная… и удобная.

Удобная?!

Мне хочется прямо сейчас швырнуть в него бокал."

"Сдернуть ногу, но даже с шумом в голове я прекрасно понимаю, что любое резкое движение опрокинет меня на пол.

А еще Авдеев, видимо предугадывая такую выходку, крепче сжимает пальцы на моей ступне.

— Умеешь ты сделать девушке незабываемый комплимент, — дую губы.

— С тобой просто, Крис. Ты не глупая, не липнешь, не строишь воздушные замки. Не ждешь, что я буду бегать за тобой с языком на плече. Понимаешь правила.

Я непроизвольно сжимаю губы.

Понятно.

Он оценивает меня как инвестицию. Логично, понятно, рационально. Чистая математика.

— Значит, забавная и удобная.