Швед

Не увидела меня.

А я, как завороженный смотрю на неё и не могу взгляд отвести.

Вот Яна откидывает голову. Её тонкие пальцы проводят по волосам, убирая остатки пены. Глаза девушки закрыты. Губы полуоткрыты. Вот её руки ложатся на тяжёлую упругую грудь… Одна рука спускается ниже…

Член наливается кровью.

За считанные секунды от вида Яны у меня образовался каменный стояк. И ведь мелкая ничего особенного для этого не сделала.

В следующий миг я торопливо открываю дверцу душевой и вхожу.

– Олег? – оборачивается она. Удивилась. Явно не ожидала.

Её взгляд опускается на мой член, и я тут же дурею, когда её лицо розовеет, а губы порочно складываются в довольную улыбку.

Становлюсь рядом с ней и прижимаю к себе. Скольжу руками по её телу, трогаю налитую сочную грудь и закрываю от наслаждения глаза. Ловлю кайф всего лишь от того, что прикасаясь к ней.

Из моей груди вырывается рык, когда её пальчики касаются моего твёрдого как камень члена.

Бурлит дикое, какое-то сумасшедшее желание в крови. Оно кипит, вспыхивает, отключает мозг, лишает рассудка, оставляя одни лишь инстинкты.

Яна вдруг толкает меня к стене и шепчет:

– Стой вот так, не шевелись. Хочу тебя исследовать.

Она сейчас серьёзно?

– Исследовать? – хриплю я.

– Да… – на губах провокационная улыбка. В глазах – искры возбуждения.

И она начинает гладить моё тело своими нежными пальчиками, целовать мягкими губами. Кожа в тех местах, где Яна целует, где проводит то ласково, то ноготками, покрывается мурашками.

Мои мышцы натягиваются, вены и жилы готовы порваться от напряжения. Пульс сходит с ума.

С моих губ срывается хриплый порыкивающий стон. Едва сдерживаюсь, чтобы не схватить её и не насадить на свой член одним махом – по самые яйца.

А она спускается всё ниже и ниже, скользит сладкими губами, гладит ладошками мой пресс.

Наконец, она смыкает руку у основания моей плоти, заглядывает мне в глаза и мягким ласкающим голосом спрашивает:

– Скажи, что мне делать, чтобы тебе стало приятно? Я знаю только в теории…

От её слов и прикосновений я дёргаюсь, словно меня простреливают все двести двадцать.

Я тихо смеюсь и касаюсь её приоткрытых губ.

– Заодно узнаешь, как должна просить прощения, – не могу сдержаться я.

Яна облизывает губы.

– Хорошо… – выдыхает она жарко.

– Не сжимай его так сильно, – инструктирую её. Она тут же делает хватку мягче. – Проведи ладошкой по всей длине, коснись яичек.

Она подчиняется. Её ладонь скользит медленно, нежно. Другая её рука касается моих яичек.

Я не могу сдерживать стон удовольствия.

Так и кончить недолго.

– Подожди… – говорю хрипло."

"Открываю дверь душевой и хватаю с комода все полотенца. Возвращаюсь и бросаю их прямо на пол. Махровая ткань моментально набухает от воды.

– Теперь встань на колени и возьми его в рот.