Швед

И чтобы она стонала и кричала подо мной от дикого наслаждения, чтобы билась в экстазе и требовала ещё и ещё…

Блять…

Всё-таки сначала трахну… Не выдержу…

А потом всё будет – и прелюдия, и медленное наслаждение.

Я хочу мелкую так сильно, как никого и никогда. От дикого первобытного желания скручивает мышцы, член дёргается и сильнее наливается кровью. Твёрдый уже как камень.

Яна скользит руками по шее, по плечам, груди, выгибается подо мной, подставляя тонкую шею…

Невозможно…

Она тоже нетерпеливая и жадная.

Провожу языком вдоль шеи. Ещё и вкусная…

И в этот момент кому-то жизненно необходимо разрушить мой рай!

– Твою мать, – рычу я и яростно сжимаю в руках края подушки. Не хочу отрываться от мелкой. Хочу довести всё до конца, но говорю другое: – Я должен ответить.

Яна скулит от неудовлетворённости, и этот звук бьёт по нервам. Чувствую себя кретином и мудаком. Я не должен оставлять её вот так – сгорающую от желания, но… Блять!

Номер мне незнаком.

– Да, – отвечаю на звонок с такой ненавистью, что звонивший от страха должен прямо сейчас сдохнуть. Но когда слышу голос и новость, меняюсь.

– Извините… Это Ангелина… Дениса вывели из комы. Вы приедете? – произносит нежный и тонкий голос в трубку.

– Уже еду!

Данте. Данте очнулся! Новость окрыляет!

Отбрасываю мобильник в кресло и вновь ложусь рядом с Яной. Обвожу пальцами её припухшие после моих поцелуев влажные губы, целую в шею и произношу:

– Я должен ехать. Это срочно.

– И не может подождать? – шепчет она. И столько в голосе разочарования и жажды меня, что готов рычать, рвать и метать.

– Нет. Мой друг… Данте. Он пришёл в себя. Док вывел его из искусственной комы. Я должен к нему поехать.

Она улыбается и кивает. Осторожно трогает кончиками пальцев моё лицо, шепчет мне в губы:

– Я буду тебя ждать…

Меня скручивает в узел. И когда я успел увязнуть в мелкой по самое не хочу?

– Вечером приеду, – обещаю ей.

Провожу чуть подрагивающей рукой по её шёлковым и мягким волосам и почти сдираю себя с места. Заставляю себя собраться и уйти, захлопнув дверь. Пиздец как сложно. Внутри всё переворачивается и болит. Яйца сжимаются, и всё моё существо требует послать всё на хуй и вернуться. К ней.

Срываю машину с места. Взвизгивают шины по асфальту.

Мчусь к другу.

В машине немного прихожу в себя. Совсем немного. Меня всё ещё потряхивает.

Набираю номер безопасника, которого оставил главным после того как я лоханулся с поимкой Хана.

Я должен знать, какие уже есть новости.

Ситуация с ублюдком стрёмная. Сволочь сумел выбить почву у меня из-под ног за очень короткое время.

Хотя, стоит помнить о его словах. Он готовился годами. Следил за Макаром, за мной. Наблюдал издалека. Изучал. Ждал.

Снова злость наполняет до краёв.

Гена отвечает спустя целую вечность.