Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)

Но этот упрямец не сдвинулся с места!

— Я подожду, пока он сам скажет мне это, — с трудом разлепив губы, произнес Муан.

— Он не желает встречаться с вами! Что непонятного?! Вы мешаете движению по улице! Вы портите мою репутацию! Шен не хочет встречаться с вами, ясно? Уходите!

Муан продолжал как вкопанный стоять на месте.

— Дайте мне увидеться с ним.

— Да как вы смеете? После всего, что сделали, вы еще смеете настаивать на встрече? Вам стоит благодарить мое великодушие, что вы не брошены в темницу!

— Дайте мне увидеться с ним.

— Что за упрямец!

Шуэр развернулся и ушел в дом, распорядившись запереть ворота.

— Делайте что угодно, но прогоните этого человека с моего порога! — приказал он слугам."

"И слуги последовали приказу. Сначала несмело, боясь, что человек с мечом на поясе выйдет из себя. Но он не двигался и не сходил с места, что бы они ни делали. Как бы его ни оскорбляли, ни насмехались над ним, он продолжал стоять, молча взирая на закрытые двери. Его обкладывали оскорблениями проезжающие мимо торговцы, которым приходилось тесниться с краю улицы, но и те не смогли сдвинуть его с места. На него ведрами лили воду и, однажды, помои, но и на это он никак не отреагировал.

Трижды начинался дождь, однажды он лил дольше суток, но и тогда он не сдвинулся и не ушел. В конце концов слуги стали побаиваться подходить к нему близко, потому что человеку не под силу было бы столько продержаться. Все, что им оставалось, это продолжить шепотки издалека:

— Вот идиот! Ему сказали уходить, а он все равно стоит столбом!

— Слышал, он напал на гостя нашего хозяина и чуть не убил! Что ему нужно? Зачем продолжает настаивать на встрече? Хочет добить?

— Скорее бы уже кто-то что-то сделал! На это становится страшно смотреть!

Некогда великолепные волосы Муана свисали вниз грязными спутанными сосульками.

Одежда была влажной от частого дождя. Губы потрескались, а глаза покраснели, под ними залегли глубокие тени. Две недели он, не двигаясь, стоял на этом месте, и подобное испытание было тяжело даже для него. Он не входил в медитацию, что было бы гораздо легче, нет, он стоял и смотрел на дверь, каждое мгновение ожидая, что она, наконец, откроется тем самым человеком.

— Скудоумец, слышишь! Тот, кого ты ждешь, не выйдет! Пойди прочь!

— Вот же напасть!

— Почему ты все еще дышишь? Умри уже и дай нам вздохнуть спокойно!

— Тебя не хотят видеть! Прояви благоразумие! Оставь в покое того человека, он и так настрадался из-за тебя!

— Убирайся прочь!

— Убирайся прочь!

— Убирайся прочь!

Шен сладко потянулся и открыл глаза.

Дневной свет мягко просачивался сквозь бумажные створки. Почувствовав под боком что-то мягкое, он перевел взгляд и увидел Волчару. Радостно воскликнув, он стиснул пушистика в объятиях и зарылся носом в ее мягкую шерстку.