Синий лабиринт

Он обладал чем-то вроде шестого чувства, верно? Способностью предвидеть то, что должно случиться. – Барбо посмотрел на Пендергаста, чтобы оценить эффект, который произвели его слова. – Я верно говорю? Думаю, все мы в той или иной мере наделены этим чувством: примитивной интуитивной способностью предвидеть, что должно случиться. Вот только у Альбана это чувство было обострено. Он самоуверенно сказал мне про свои «громадные возможности». Изучая записи кадр за кадром, я пришел к выводу, что ваш сын имел сверхъестественную способность предвидеть события, чуть ли не заглядывать – в некотором роде – на несколько секунд в будущее. Вы понимаете, я говорю в фигуральном смысле, потому что он мог предвидеть всего лишь вероятности. И опять же, я не сомневаюсь, что вы все это знаете.

Шаг Барбо еще ускорился. Он стал похож на одержимого.

– Не буду вдаваться во все грязные подробности того, как мне удалось справиться с ним. Достаточно сказать, что я обратил его способности против него же самого. Он был самоуверенным. Чувствовал себя неуязвимым. И по-видимому, между нашей первой и второй встречей с ним что-то случилось – он стал мягкотелым. Я разработал подробнейший, скрупулезный план нападения и соответствующим образом проинструктировал моих людей. Все было продумано. Мы выманили Альбана обещанием новой встречи, на сей раз примирительной. Он явился такой всезнающий, уверенный в своей неуязвимости, не сомневающийся, что эта встреча – обман, а я мгновенно, без всяких разговоров задушил его шнурком от ботинка. Это была импровизация, без какой-либо предварительной подготовки. Я намеренно избегал думать о том, когда и как я действительно его убью. И таким образом лишил его возможности предвидеть. Да, кстати, выражение удивления на его лице было бесценным.

Он издал рокочущий смешок.

– И в этом был самый большой парадокс. Я ломал голову над тем, как мне заманить в ловушку самого подозрительного и осмотрительного из людей. А в конечном счете наживкой стал Альбан. Я использовал его тело в моих интересах. Кстати, я был там, в «Солтон-Фонтенбло». Если бы вы только знали, сколько времени, денег и сил стоила эта инсценировка, вплоть до паутины, слоев пыли, проржавевших дверей. Но оно того стоило, потому что эту цену я платил за то, чтобы провести вас, заманить туда. Когда я смотрел, как вы пробираетесь туда, думая, что вы – хозяин положения, я был готов заплатить и в десять раз больше, чтобы увидеть такое. Понимаете, это я дергал за ниточки, я распылил эликсир, я отравил вас. И вот мы здесь.

Его лицо снова расплылось в улыбке, и он слегка переменил тему:

– Кажется, у вас есть еще один сын – учится в школе в Швейцарии. По-моему, его зовут Тристрам. Когда вы умрете, я слетаю к нему с коротким визитом.