Сирийский рубеж

Тем самым вертолёт скрытно может наблюдать за обстановкой на поле боя.

— Рискованно. Если не пойдёт, что делать будем? — спросил Лагойко.

— По старинке. Мы ничего не теряем. Зато может получиться обнаруживать «Апачи» на подлёте.

Занин и его штурман согласились. Иначе, зачем нужна эта РЛС, если она просто место занимает над втулкой несущего винта.

Сразу после нашей беседы, все отправились к Антонине в её медицинский кабинет. На удивление, ей выделили помещение в медсанчасти сирийцев. Полностью она разложиться ещё не успела, но работа у неё кипела. В очереди к ней стояли все техники и лётный состав отдельного вертолётного отряда, который перебазировали из Дамаска.

Пока стояли в очереди, я успел поговорить с их командиром. Естественно, что разговор был о погибших.

— Тела в Дамаск увезли. Сказали, что ночью должны будут отправить на Родину. Быстро, скрытно и без пышного прощания.

— Мы кого-то стесняемся? — спросил я.

— Это мы в Афганистане официально. Здесь не так. Пока ещё.

— И никто из вас не поедет?

Командир отряда отрицательно помотал головой.

Вспомнив, что у меня в кармане фото, которое принадлежит одному из погибших, я достал его.

— На месте гибели нашёл, — протянул я обгоревшее фото.

Командир отряда взял у меня фото, и мы вместе с ним помолчали. У каждого в голове роились свои мысли. Кто знает, возможно, завтра не станет и нас.

Спустя полчаса дошла очередь и до нашей группы. Само собой, что Кеша проявил себя на медосмотре.

Дверь в кабинет была открыта, так что всё было слышно.

— Какой у вас объём лёгких? Или сейчас будешь дышать в спирометр, — пригрозила ему Тося.

— Ну я не помню. Я всегда, когда дышал, он ерунду показывал.

— Хорошо! Ещё раз спрашиваю, сколько вы выдуваете? — нервничала Антонина.

Кеша задумался.

— Так сколько вы, Иннокентий, выдуваете обычно?

— Выдуваю… выдуваю обычно литра 3.

— Может 5? — поинтересовалась Тося.

— Не-а. 5 на свадьбе только смогу. Обычно 3 выдуваю.

Антонина хлопнула себя по лбу и отпустила Кешу.

— Зачем ты её доводишь? — поинтересовался я у Иннокентия.

— Ну смешно же, Саныч. Да и она первая в ангаре начала.

— Рано или поздно, она тебе точно клизму поставит, — похлопал я по плечу товарища.

Следующим, и последним на сегодня посетителем, был я. День сегодня был тяжёлым как у меня, так и у Антонины. Сильно задерживаться в медицинском кабинете я не стал. Перекинувшись парой фраз, и отказавшись от предложенного чая, я пошёл к себе в модуль.

Наутро весь аэродром вновь загудел. Только солнце показалось из-за горизонта, на удар ушли первые Су-22 под прикрытием МиГ-23. Интенсивность была высокой. Пока я дошёл до КП взлетели восемь самолётов, разрывая небо гулом включения форсажа. У самого входа меня встретил запыхавшийся начальник штаба дивизии.

— Господин майор, мы вас ждём.