Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ)

Те, будто специально, приходят на нас поглазеть. Типа, по своим делам. Хихикают, краснеют да убегают.

За все эти труды нас дождалась награда. Горячий котелок пшеничной каши с кусочками свинины. Да, все-таки жить тут можно. Хотя меня этим не купишь. Вкусно, конечно, но разве сравнится с кулинарным талантом Лены?

Председатель так и не вызвал к себе. Я прекрасно понимаю, что за мной приглядывают особо внимательно. Скорей всего, это проверка. Глупо ожидать, что мне сразу выдадут оружие и отправят на защиту рубежей или в рейд за ресурсами. Что ж, подождем, посмотрим…

***

Нас конвоировали обратно в барак, когда со стороны внешних ворот послышались возбужденные возгласы.

Одна из групп бородачей возвращается с вылазки, понял я. Они со смехом толкают перед собой связанного человека с мешком на голове. И что-то подсказывает, что они поймали камрада ФСБшника! Черт… конечно, теперь нам будет веселее в заточении, но очкарик полный лопух. Точно ведь проболтается о наших тайных бункерах и их местонахождении!

Меня грубо впихнули в камеру, не дав разглядеть пленника подробней. За спиной захлопнулась дверь. За перегородкой справа выматерился Вован – видать, тоже досталось прикладом.

Заскрипела дверь в пустующую каморку слева.

– Будь, как дома, ублюдок! – услышал я смех Деревяшки.

Последовали звуки ударов. Заглянув через окошко в соседнюю камеру, я увидел, как развязывают бедолагу и снимают мешок с головы.

Глава 39"

"Судьба любит поиграть с нами в свои извращенные игры. Вот и теперь, я не знаю, плакать мне или смеяться? Мой новый сосед, такой же гость этой гостеприимной деревушки, стот на коленях, подслеповато щурясь в полумраке, и растирает развязанные руки.

В изодранной дубленке, грязной шапке модели «петушок» и с небритой физиономией он похож на бездомного забулдыгу. Впрочем, после БП все, кто не озаботился подготовкой к выживанию, напоминают бомжей. Охранники, хлопнув дверью, удалились.

— Ну, здравствуй, Юра Харитонов, – тихо произнес я.

– Санек?! – воскликнул бывший герой арены.

– Тише, блин! Не стоит им знать, что мы знакомы.

— Что ты здесь делаешь?

— Это я у тебя спросить хотел, вражина.

Юрик помотал головой, будто прогоняя неприятные воспоминания.

– Все поменялось с тех пор… все поменялось… не стоит ворошить прошлое.

Я стал другим человеком без своей Зюзечки… — грустно вздохнул он.

– Не стоило тогда преследовать нас.

– Да… я тогда потерял большую часть отряда. Кто выжил, разбежались по лесу или вернулись в Кандалакшу. Не знаю…

— А ты, значит, не вернулся.

— А что мне там делать после такого провала? Без жабы на Арене я не продержусь и пяти минут.

Я только хмыкнул. Мне совсем не жаль этого прислужника пендосов.

Юрец продолжил:

— Я ведь запомнил твои слова, Саня.