Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ)

Мы, боясь даже пернуть, сидим в дупле огромного дерева. Точнее, это три сросшихся ели, в центре ниша размером с небольшую комнату. Зубы Валеры отбивают кадриль. У меня руки чешутся угостить гадов свинцовыми вкусняшками. Егорыч напротив — спокойно обхаживает ветошью изгибы «Мосинки»."

"Эх, если б не он, думаю, взяли б нас за жопу быстро. Лесник в очередной раз помог укрыться. С лыжами, рюкзаками, стволами мы с очкастым только и успели вскарабкаться на елку, с которой бешено махал рукавицей старче, шипя, словно лесной кот, и страшно топорща бороду. Оставив лыжи среди ветвей, помчались за Егорычем по запутанным еловым тоннелям.

Под ногами скрипели подвязанные мостки из побелевших от времени жердей. Их дед, наверно, еще в Великую Отечественную намастырил. И, наконец, очутились здесь, в дуплище, которому позавидовала бы любая бывшая.

Внезапно бравые окрики сменились протяжными воплями ужаса и боли. Конечно, стоны умирающих врагов для меня слаще песен «Ласкового мая», но что, блять, происходит?

– Егорыч, твоя работа? – спросил я, сквозь истошные крики: «Хелп ми! Хелп!»

– Они теперь в бешенстве! Нас убьют! – простонал айтишник, вцепившись в цевье, как питон в неосторожного исследователя джунглей Амазонки.

Старый довольно хмыкнул в бороду:

— А то как же? Конешно, у деда хвотат хитростей да капканов, силков да ям волчьих, хех!

— И ты нам не сказал?! – Валера аж выпучил глаза под стеклами очков.

— Так своим-то шо бояться? Те ж хитрости супротив поганцев иноземных да ворогов.

Что-то свистнуло. Вздохнула, распрямляясь, береза. Мимо дупла пронесся вздернутый за ногу пендос. Солдата подкинуло выше самых суровых елей. На секунду он застыл на фоне неба, как нелепый воздушный змей.

Через миг хищные лапы сухостоя пронзили тушку оккупанта десятками сучьев-когтей. Отчаянный крик оборвался на супервысокой ноте.

Я посмотрел на Егорыча с уважением. Мои ловушки с гвоздями – просто смех по сравнению с изощренным дедовым коварством. Так, глядишь, и нашей героической армии не останется работы. Зря, конечно, надеюсь. Судя по звукам, очень быстро пендосы с деревенскими подобрали раненых. Застрекотали, удаляясь, моторы снегоходов. Наступила звенящая тишина.

Лесничий осторожно выбрался и ушуршал, скрывшись среди ветвей.

Спустя время, раздался его бодрый голос откуда-то снизу:

– Спускайтеся, горемыки!

Прыгнув с шестиметровой высоты, я скрутил двойную сальтуху и по пояс вошел в снег.

— О, спасибо, старче, лыжи притащил!

Валера прыгать не рискнул — сполз на пузе, пачкая и раздирая свою «горку». Ну просто фейспалм. И как я купился на то, что этот долбоклюй ФСБ-шник?

Возле бункера очкарика распрощались. Валера пообещал зайти, когда что-то услышит по рации о подходе войск. Ну, или когда починит Стаса. Вот и отлично.