Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ)

Фрау Антонина, – в черной кожаной перчатке сверкнул скальпель, – отрезайтен у этот глупый русиш яйкен, а я доставайтен семенной жидкост!

Карга отложила парализатор и радостно схватила острозаточенный инструмент.

– Эй, эй, эй! – Я задергался в кандалах. – Может, возьмете мое семя классическим, так сказать, способом?

Теща вопросительно уставилась на господина. Тот думал полминуты, а потом прохрипел:

– Найн! Резайтен! Хо-хо-хо!

Я собрал всю накопленную силу и чудовищно напряг стальные мышцы, пытаясь разорвать захваты. Мои шары испуганно втянулись, когда кожи коснулась холодная сталь.

Глава 20

Мозг лихорадочно ищет пути выхода из сложившейся неприятной ситуации. Просто охренеть какой неприятной! Хорошо, блин, успел оплодотворить свою девушку. Моя генетическая линия не прервется сегодня. Хотя, когда к яйцам приставлено суперострое лезвие, это как-то не особо греет душу, согласитесь. Страх липкой хваткой сковал тело. Я выпучил глаза и сжал зубы, чтобы не заорать. Не доставлю врагам такого удовольствия.

Мои орехи не такие уж титановые, как всегда считал, а теперь их спасет только чудо! Пусть сейчас ворвется Егорыч! Или Вован!.

. нет, он, наверняка спит бухой… пусть Валера выберется! Он гребаный, мать его ФСБшник! Пусть тормознет свою любимую тещеньку! Да пусть хоть сам Иисус сойдет с небес! Только не это! Нееееееет!

— Стоп! – сказал вдруг Ульрих.

Сталь убралась от моих драгоценностей. Тяжелые капли пота скатились по вискам. В этот момент я готов расцеловать фашистского палача. Боги меня услышали! Экзекуция отменяется! А может я сам как-то повоздействовал на этого ублюдка с помощью Силы? Ништяк, ништяк…

– Майне либе! Это нужна делать под музыка!

– То есть не резать, херр?

– Айн минутен, майне либе! Где-то был грамм-пластинка, кхе-кхе… сейчас находить…

Злодей снял автомат и повесил на ржавую вешалку.

Согнувшись, принялся рыться в тумбочке. Вскоре достал стопку пластинок в пожелтевших обложках.

— Марши Великого Рейха… найн, этот русиш швайне не достоин такой честь… Моцарт? Найн… -он откиднул в сторону винил. — О, майн гот! Вагнер! Даст ист гуд, йа-йа! Тебе нравить Вагнер, дер кретин?

Это чучело ко мне обратилось?

– Катись в ад, фашистская сволочь! — заорал я.

– Русские не сдаются!

Ульрих вон Рихтер издал кашляющие шипящие звуки. Я не сразу понял, что это смех. Он покрутил ручку доисторического патефона, стоящего на тумбочке. Заскрипела пластинка, и комнату наполнила величественная музыка. Полет Валькирий. Эту мелодию не раз слушал в другой прошлой жизни, колеся по Карелии на своей «Гранд-Витаре». Черный демон задергался, будто дирижируя оркестром. Теща зачарованно уставилось на него. Я потянулся до хруста костей.