Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ)

Так что моя глупая мысль насчет корпоративного стиля не нашла подтверждения.

– Как звать, кто таков, откуда? — спросил, наконец.

– Меня зовут Парамон, – Я решил, на всякий случай, не выдавать свое подлинное имя. — Сам я не местный. Путешественник. Турист из Питера.

— Турист значит… — медленно произнес старикан, крутя в узловатых пальцах вилку.

— Брешет сволочуга! — с набитым ртом заржал Деревяшка. -- Из одной банды оне с тем ВДВшником!

Я решил выдать порцию правды:

– Ну, вообще-то, не простой турист, конечно. Когда начались предпосылки к войне, я сразу понял, к чему это приведет.

Давно готовился. Собрал вещички, прыгнул в машину и на севера. Много пришлось скитаться, машина сломалась, иду пешком… ищу хороших людей, к кому прибиться. В одиночку выживать не вариант, – вдохновенно зачесал я, сделав максимально честные глаза.

– Выживать, значит… – Председатель, не мигая, уставился на меня.

– Ну да, – пожал плечами, насколько позволяют веревки. – Я ж выживальщик!

– Чего-чего?

– Ну, выживальщик…

Евстигней Карлович впервые улыбнулся, ощерившись гнилыми зубами:

– Поглядите-ка! Вышивальщик! Такого зверя мы еще не ловили, правда, хлопцы?

Хлопцы затрясли бородами в приступе смеха.

Деревяшка аж подавился и застучал по столу тощей ручонкой, выплевывая во все стороны куски мяса.

Я молча стиснул зубы.

Хоть и обидно слышать их дебильный смех, но буду придерживаться такой версии.

Председатель резко оборвал веселье:

– Почему разбоем занимался?

– Да каким разбоем?! – воскликнул я невинным голосом. – Десантника этого я только на днях встретил! Он вообще хороший мужик. Пустил в пещеру переночевать, иначе бы замерз в пурге. Жизнь он мне спас. Контуженный, конечно, малость.

Но это после Чечни. Воевал он там.

– Чевош тады кореш твой контуженный, если такой хороший, людей наших перебил? – ехидным голосом спросил Деревяшка.

– Это когда вы на пещеру напали? А что еще делать? Сами стрелять первые начали! Честная самооборона.

– Разозлил нас дружок твой, Парамон, очень разозлил, – покачал головой председатель.

– Вообще-то, ваши первые наехали на него на озере, – напомнил я. – Это что же получается, простому человеку теперь нельзя порыбачить? Озеро большое, а вы не даете рыбу ловить!

– Хто это не дает?! – возопил Деревяшка.

– Энтот бандюк Лёню и Семеныча на озере избил! И ограбил! Всю рыбу забрал и снегоход! Я вам, грю, Евстигней Карлович, не о чем с ними толковать, в расход их! На корм свиньям пустить!"

"Председатель жестом прервал этого урода и обратился ко мне:

– Что на это скажешь, вышивальщик?

– А что мне говорить-то? У вас своя правда, у меня своя! Нас обвиняете, а сами лучше что ли?

– Ишь, разлаялся, бандюга! Да мы тут за порядком смотрим, в местах энтих!

– Не тараторь, Деревяшка, – сказал Евстигней Карлович.