Следствие ведут знатоки

Томин прижал ее к уху и через секунду встряхнулся.

— Пусть междугородка переведет разговор сюда, — сказал он, хлопнул трубку на рычаг, обернулся: — Паша, Джермук. Двести пятьдесят километров от Еревана. Водичка, укрепляющая пищеварение, хрустальный воздух, сказочный вид.

— И что?

— Вести от гражданина Тираспольского, который на кофейном «Москвиче». А мы с тобой без сигарет. Сейчас пошурую.

Он отправился по этажу, а вскоре пришла Зина.

— Явилась по высочайшему распоряжению, — доложила она, давая понять, что задета начальственным тоном, которым ее призвали.

Обидчивостью Зина не страдала, но отличалась независимым нравом, знала себе цену — и другие знали ей цену и обращения к ней как к эксперту всегда облекали в форму просьбы, даже если по должности имели право распорядиться.

Но ее Пал Палыч, мягкий, деликатный Пал Палыч и не думал приносить извинения.

— В одной из поликлиник, — хмуро произнес он, — уничтожены документы, позволяющие установить, кто направлялся на консультацию к гематологу. Притом поликлиника платная, так что без привязки к адресу.

— Крутой поворот! — закусила она губу.

— Зина, мне жаль, но… какие примеры экспертиз ты приводила Никишиным? По-моему, как раз и…

— О, господи! Да. Но тогда значит… что?

— Они рассказали. Либо самому убийце. Либо кому-то еще — кто ему передал.

Кибрит бросила сумочку с плеча прямо на пол и села.

— Нет, ну какая дура, какая дура! — добела стиснула она пальцы.

Томин, принесший полпачки сигарет, не сразу уразумел, что еще стряслось. Зинаида чуть не ревет и причитает:

— Я во всем виновата, мы почти держали его в руках!

Услыхав, кому она помянула про экспертизу крови, Томин присвистнул.

— Да зачем же? Какого черта? — и в нетерпении присел на корточки, засматривая ей снизу в лицо.

— Хотела выбить из них иронию… наладить контакт. А может, кокетство… не знаю!

Кокетство? Перед ними? Ну уж нет. Перед Пашей ты, милочка, гарцевала! Какой-то у вас недороман. Застряли в начальной стадии, ни взад, ни вперед. А и Паша тоже хорош — не мог в одиночку справиться с сопляками!

Томин выпрямился, намереваясь сказать другу пару ласковых, но тот уже сам казнился — достаточно глянуть на кривую физиономию.

Сейчас начнут выяснять, кто больше виноват и благородничать. А разве в этом суть? Суть же не в том. Суть в том, что…

Томин хлопнул в ладоши и несолидно крутанулся на каблуках."

"— Братцы, все прекрасно! Спрашиваем Никишиных: «Кому рассказали?» — «Такому-то». Хлоп — и искомый гражданин у нас в кармане!

Идея была проста до очевидности, но не сулила стопроцентного успеха. Пал Палыч еще до прихода Зины перебрал варианты. Ребята разболтались с соседями. На кухне или во дворе. С партнерами Серова по домино.