Следствие ведут знатоки

Тот показывал, как он якобы действовал, как двигался между стеллажами и контейнерами, пока «шуровал». А Леонидзе следил по хронометру и бесстрастно изрекал:

— Вы должны были выбежать со склада шесть минут назад. Попробуйте еще раз.

Он засекал время. Распугивая кошек, Силин мотался по складу с мешком, Томин — за ним, фиксируя путь, измеряя расстояние между следами.

— Наверстали полторы минуты, — закуривал Леонидзе. — Осталось четыре с половиной лишних.

— Понимаете, Степан Кондратьевич, — разъяснял Томин, — с того момента, как вы перелезли через забор, и до того, как вас схватили, прошло девять-десять минут.

— Ну?

— По моей просьбе несколько человек перелезали и вышибали плечом дверь. На это уходит максимум две с половиной минуты. От десяти отнять две с половиной — сколько?

— А сколько?

— Семь минут тридцать секунд. За эти семь с секундами вы повредили проводку, увязали шубы и выскочили.

— Ну?

— Ну а сегодня вы возитесь почти вдвое дольше. Хотя и спешите.

— А тогда не спешил?

— Сегодня вы бегаете, а тогда ходили. Когда человек идет, расстояние между следами меньше, чем когда бежит. Ваш путь был короче. Вы не то сейчас показываете.

— Слушай, отцепись ты со своей наукой!

— Попрошу все проделать еще раз, — пресек пререкания Леонидзе. — Только теперь под мою диктовку. Пройдите здесь, — он указал узкий проход между ящиками, ведущий прямо к шкафу, где висели шубы.

— Зачем я сюда полезу?

— Затем, что это нужно для следствия. Отлично. Откройте шкаф. Увязывайте шубы. Уходите. Вот они — ваши семь с половиной минут. Ясно?

Силин утер рукавом потный лоб и отвернулся, перед Леонидзе он немного робел.

— На чем вы сюда приехали?

— На трамвае, на чем еще.

— Подошли к забору с какой стороны?

— С левой, что ли. А может, с правой. Отсюда не соображу.

— Вы помните, что с вас сняли ботинки?

Силин пошевелил пальцами в тапочках — он как-то умудрился их растоптать.

— Так вот, исследовали грязь с них. Оказалось, что вы ни справа не подходили, ни слева. Сразу очутились около забора.

— Давайте я растолкую, — опять взял слово Томин. — Послушайте меня внимательно, Степан Кондратьич, и не злитесь. Никто вас на пушку не берет. Понимаете, когда мы ходим, то все остается на подметках. Вот я пойду по земле — прилипнет земля. Потом пойду по асфальту — поверх земли лягут частички асфальта. Все это набирается слоями, особенно в углублениях под каблуком. И держится довольно долго, пока не отвалится лепешкой. Вам понятно?

— Я что, дурак?"

"— Грязь с подметок изучили слой за слоем. И сразу стало ясно, где вы только что прошли. Снаружи нашли пыль — такую же, как здесь на полу. Глубже — крупинки шлака. На шлак вы наступили у забора. Но глубже шлака оказался асфальт.