Следствие ведут знатоки

Скопив(читает). «Ни за что не соглашался ехать через Павелецкий мост, и шоферу пришлось дать большой крюк». Преувеличения здесь нет?

Томин. Если бы Ферапонтиков не заартачился всерьез, она бы тотчас забыла. Девушки редко помнят маршрут.

Кибрит. Столько всего пересекается на Ферапонтикове… Вадим Александрович, Шурик, неужели мы нашли?!

Скопин. Пожалуй, нашли. Но кого? Того, который — что? Ответа пока нет.

Томин. Ответить должен он сам. У меня Ферапонтиков фигурирует в деле о квартирных кражах — как скупщик и организатор. (На удивленное движение Скопина.) Да, Федор Лукич на все руки.

Сейчас, с вашего разрешения, я его заберу, поедем смотреть, как он живет.

Кибрит. Будешь делать обыск?

Томин. Да, есть все основания.

Сцена восемьдесят третья

Дача Воронцова. Поздний вечер. В гостиной Воронцов у камина. Ферапонтиков сидит рядом на маленькой скамеечке, перед ним па полу стоят бутылка и рюмка.

Воронцов. Шел бы, Федя. Поздно.

Ферапонтиков. Не гоните, Евгений Евгеньич! При хозяине собаке спокойней. Что мне дома-то? Все вверх дном, вещички раскиданы, и тайничок пустой… Жалко денег, думал, не найдут… Да шут с ними, только бы Валентин не потек! Лихие с ним ребята работали, заложит — беда.

А самое обидное — сидеть неохота! Разбаловался я при вас: мягко сплю да сладко ем…

Воронцов. Эх, Форточкин! Смотрю, ты по старой памяти одного МУРа боишься.

Ферапонтиков. Правильно, обехееса не боюсь. Я его толком не нюхал, а МУР, можно сказать, сызмала… МУР — это да!

Воронцов. Неистребимый карманник. Так я надеялся, что ты остепенишься. Дом начал строить…

Ферапонтиков. А что мне тот дом? Кому в нем жить? На ваши хоромы, должно, позавидовал… И вообще этот весь бизнес… позвольте откровенно, Евгений Евгеньич?

Воронцов.

Позволяю откровенно, только без мата.

Ферапонтиков. Ну, в общем, бизнес ваш меня не колышет. Неудобно без мату… Я почему воровство ценю? За переживание. На деле, бывало, весь как струна, весь в единой точке! А тут — квитанцию какую-то подменили, числа другие… не видишь даже, чего украл! Никакого интересу.

Воронцов. Значит, насилуешь свою романтическую натуру?

Ферапонтиков. Лично вам служу, Евгений Евгеньич. Исключительно! Кругом хамье, а вы — белая кость! Ни перед кем фасон не спускаете! Особенный вы человек, Евгений Евгеньич, за это уважаю.

Перед вами что Чернышев, что Першин — и те шпана.

Воронцов. Ладно, Финтюшкин, слыхал… Все-таки пора домой."

"Ферапонтиков. Душа горит, Евгений Евгеньич! Разговор нужен… А вы все «Форточкин» да «Фнитюшкин». Даже с Бахом, к примеру: «Пожалуйста, Борис Львович… До свидания, Борис Львович». А уж на что никудышний был, сопля соплей!..

Воронцов. Не поминай ты на ночь глядя.

Ферапонтиков. А куда денешься? Он меня к ночи в самый раз и одолевает…

Воронцов. Выпей, Федя. Выпей и забудь!

Ферапонтиков.