Следствие ведут знатоки

А эта лягушка, слегка утрированная, с ноткой иронии… Замечаешь?

— Это животное с настроением.

— Именно! И опять же — с чего я начала — появись она раньше, так в общем всплеске моды не обратили бы внимания, Фаберже и Фаберже. А сейчас, когда каждая находка на виду, начинаешь думать и сравнивать. Я считаю — то, чем все восторгаются, это средний уровень. А есть вершина творчества, золотой период.

Лицо Музы смягчилось, помолодело, она в своей стихии.

— И что еще вы относите к вершинам творчества?

— Из вещей, которые держала в руках, пресс-папье со спящим львом, например.

— А подсвечник-змея? — напряженно спрашивает Ким.

— Да, пожалуй. У тебя, Кимушка, отличный нюх. И все — в едином стиле и помечено московским клеймом. Я начала было статью писать. Алик даже название придумал: «Золотой период серебра Фаберже».

Жующий Альберт заглядывает в дверь и, послушав, о чем речь, исчезает.

— Дайте почитать, когда допишете."

"— А, забуксовала что-то. Не пойму, на что выводить. Вряд ли это собственноручные работы старика Фаберже. Кто-то из его мастеров. Я уж в литературе, в архивах рылась — попусту. Петербургские мастера, те известны: Перхин, Соловьев, Горянов, Епифанов-Захудалин.

Там мы знаем: если кроме фирменного клейма стоит «Ф.А.», — это Федор Афанасьев, «В.Б.» — Василий Бойцов и так далее. А в Москве всего-то было два или три личных клейма. Одно из них «И.П.», Но что за «И.П.»? Неведомо. Вещей его мало, они в таком же роде, — она кивает на лягушку. — Очень своеобразные.

— И вы подозреваете, что «золотой период» — это дело рук «И.П.»?

— В душе уверена.

— Отчего же на пепельнице нет букв «И.П.»? И на подсвечнике не было! — запальчиво возражает Ким.

— В том-то и загадка. Великолепные работы, его работы, но без инициалов! — Муза понижает голос. — Ким, я лягушку возьму, только пока помалкивай. Что старушки просят?

— Старушки темные, — неохотно врет Ким. — Знают, что старинное серебро, и все…

— Ладно, столкуемся, — шепчет Муза.

11

Что же следствие? Где наши сыщики? Не скажешь пока, что они далеко продвинулись. Докладывая дело начальству, лейтенант Зыков не может похвастать особыми достижениями.

— По-видимому, состав преступной группы разношерстный, товарищ полковник. И, судя по тому, что польстились на пиджак, на сигареты, мелкое жулье.

Но должны существовать те или тот, кто все это организовал и взял на себя реализацию похищенного…

— А подтверждается, что у директора пропали личные вещи? — прерывает Скопин.

— Да, замшевый пиджак Пчелкин надевал, когда приезжали иностранцы. Названная им книга тоже была. Действительно подарил ее художник, а директор в благодарность повесил в музее его пейзаж. На переплете книги, между прочим, есть прожженное пятнышко — отлетела головка спички.