Следствие ведут знатоки

Это предел сжатия… Я почти с надеждой жду, когда раздастся звонок в дверь. «Кто?» — «Милиция»… Сыщик рассчитал свой ход правильно. Пусть приходят, пусть забирают.

16

Провинциальный город. Провинциальный домик. Вечер. Заснеженный палисадник. Луна. В тени крыльца постукивает ногой об ногу, дрогнет Цветков. Завидя приближающегося кочегара, обрадованно выступает навстречу.

— Здравствуй."

"— Здорово, — удивляется кочегар.

— Я стучал-стучал… Маруси, видно, нет?

— Что это вы надумали?

— Соскучился, — фальшиво улыбается Цветков.

— Горим, что ли? — в лоб спрашивает кочегар.

— Надеюсь, пронесет. Но лучше пока тихо пожить у верного друга.

— Скрываться приехал. Значит, напортачил чего-то, — наливается злобой «верный друг». — Эх, с вами связываться!.. Не лезь в дом, не пущу. А если хоть что про нас сбрехнешь, пожалеешь люто! Не доходит?.. Сейчас дойдет.

Он крепко, с замахом бьет Цветкова в челюсть, тот отлетает в сугроб, наметенный у крыльца.

― Дело № 15 ―

УШЕЛ И НЕ ВЕРНУЛСЯ

В провинциальном городке на текстильной фабрике обнаружены финансовые нарушения. Известная троица — Шурик, Пал Палыч и Кибрит — выезжает на место действия…Весна застала Знаменского и Кибрит в командировке.

Недели две перед тем держалось тусклое межсезонье — ни тепла, ни мороза, ни солнца, ни дождя — природа уперлась на самом скучном месте, похоже, раздумывая, не отменить ли смену времен года.

И городок, куда их занесло, выглядел стареньким, унылым, замусоренным, едва-едва прозябающим в недалекой, но безнадежной провинции.

Но однажды вечером небо распахнулось, солнце устроило феерический закат, сжигая остатки туч, и наутро весна взорвалась трелями зябликов, стаями скворцов, светом, голубизной, запахом земли, из которой торопливо лезли бесчисленные зеленые стрелочки, и пригретой солнцем хвои под окнами гостиницы (тут росли породистые саженые елки метров четырех высотой).

Особенно живительна была эта свежесть воздуха. Переменившийся ветер выдул и унес везде проникавший кисло-шерстяной запах, обильно испускаемый красильной фабрикой, местным производственным «гигантом» — единственным крупным предприятием, кормившим две трети здешних жителей.

Длинные приземистые корпуса, сложенные из буро-красного кирпича, выстроены были некогда неглупым, вероятно, заводчиком, оснащены иностранными машинами и по сей день неторопливо и солидно пыхтели, скрипели, трудились…

И как только прояснело небо и зазеленели палисадники, городок оказался уютным и милым. И удивительно нетронутым в своей дореволюционной архитектуре. В домах, хороводом обступавших центральную площадь, размещались городские начальства, Дворец культуры, почта с телеграфом, гостиница.