Следствие ведут знатоки

Знаменский примерно представляет, о чем речь: крутой житейский переплет, из которого двадцатилетний парень вышел замаранным и его отторгла прежняя благопристойная среда. Но…

— Вас не затоптали, Царапов. Вы после подножки три года работали.

— Если не затоптали, то выкинули на обочину. И я стал жить поперек… Геологические партии, спасатель на водах… Мне нужно было напряжение, полная отдача, опасность. Нервы, риск… Ну, а потом надоело выкладываться задаром.

— Как-то обидно за вас, Царапов. Значит, будь вы посерее да потрусливей — жили бы благополучно?

— Наверняка.

— Н-да… А вы думали, как будете там? И как потом?

— Был знакомый алкаш, он говорил: «Под каждым забором можно найти свою ветку сирени».

— Я серьезно, Царапов.

Царапов проводит рукой по лицу и произносит безнадежно:

— Думать… О чем же думать? Сколько ни думай, вывод один — жизнь не состоялась.

— Знаете, в этом кабинете сиживали люди, которые меняли курс в пятьдесят, — говорит Пал Палыч, неисправимый проповедник. — Не понимаю, что так гнет вас в дугу. Ну дадут срок, вы же знали, что когда-то не миновать? На суд вы пойдете в приличной упаковке: обвиняемый чистосердечно во всем признался.

Выдал котел денег в лесу, который бы медведь не раскопал. По словам Глазуновой, проявил даже некое рыцарство, защищая ее в квартире Пузановского. Она — отличный свидетель защиты."

"— Пал Палыч! — звенящим голосом прерывает Царапов. — Не надо! В эту сторону поезда не ходят!

«Вот оно, значит, как, — думает Знаменский, стоя позже у окна. — Тут уж ничего не поделаешь. Тут следователь бессилен… До чего жизнь изобретательна бывает по части мелодрамы!»

― Дело № 19 ―

ПОЖАР

За два дня до плановой ревизии сгорел промтоварный склад.

Это настораживающее событие расследуют Знатоки и «товарищ» из ОБХСС…В складском помещении, заполненном самыми разнообразными товарами, находятся вперемешку холодильники и галантерея, самовары и мебель, обувь и радиоаппаратура, ящики с наклейками, коробки, тюки.

Рабочий день окончен. В конце центрального прохода полуотворены широкие двери, и сквозь них видны двор, огороженный забором, группа женщин, собравшихся расходиться по домам. Среди них заведующая складом Стольникова, ее заместитель Гуторская и кладовщицы.

Сторож закрывает двери и навешивает на них большой замок.

— Дуся, ты опломбировать не забыла? — придерживает Гуторская Стольникову, двинувшуюся было прочь.

— Захотят утащить — пломба не спасет! — беспечно передергивает плечами заведующая.

— Порядок есть порядок, — наставительно произносит Гуторская, наблюдая, как Стольникова пломбирует замок.

Обе женщины направляются вслед за остальными. Минуя проходную, прощаются со сторожем.

— Счастливо, Николаша! — весело улыбается Стольникова.