Следы сатаны

Женщина привыкла ездить одна. Доминик тоже ничего не заметил и поскакал за женой.

Осталась одна Элиса. Гость должен был сесть на ее лошадь. Чудовище — или как его теперь звали — Ульвхедин — вскочил на круп лошади сзади нее, и они понеслись.

— Нет, господин Чудовище, не этой дорогой!

— Это тебя не касается!

И вдруг оказалось, что он может управлять лошадью без проблем. И ехал он за всеми совсем по другой причине.

Погнав лошадь в лес, он скоро исчез из виду.

Ошибка была замечена почти сразу же, но за этот короткий промежуток времени лошади ускакали довольно далеко.

— Никлас! Подожди! — закричал Доминик. Никлас повернул лошадь:

— Боже мой, что вы наделали? — воскликнул он, увидев, что Доминик и Виллему сидят каждый на своей лошади.

— Мы все торопились. Надо срочно вернуться назад, к остальным.

— Скорее в лес, быстрее! — закричала Виллему. — Кнехты приближаются.

И они поскакали назад, пробираясь меж елей.

Кнехты гурьбой промчались мимо, словно привидения. Скоро затих топот их копыт.

— Тут никого нет, — удивленно воскликнул Никлас.

— Они, должно быть, спрятались. Вперед! — скомандовал Доминик.

Никлас не смог сдержать крик:

— Сундук! Его нет. Пропал! Я, должно быть, потерял его!

Они вернулись к реке.

Пусто. Не было сундучка и там, где они только что сидели.

— Элиса! — кричала Виллему. — Мы здесь!

— Элиса! — вторили ей мужчины.

Лес стоял темный и молчаливый.

Они переглянулись в полном отчаянии.

Они потеряли свое сокровище. Потеряли сундучок со всеми лекарствами. Но худшее из всего, что могло случиться, случилось: они потеряли маленькую, доверчивую Элису!

10

Ветки сосен били Элису по нежному личику. Они ехали по направлению к Драмсэльва. Позади нее сидел полузверь-получеловек и правил лошадью. Она была занята главным образом тем, чтобы удержаться на лошади."

"Хоть Элиса воспитывалась в Линде-аллее, она не обладала той проницательностью и способностью мыслить самостоятельно, что было характерно для Людей Льда. Элиса думала и чувствовала сердцем.

Ситуацию, в которой очутилась, она не могла осмыслить полностью. Теперь она разрывалась между преданностью Людям Льда и внезапно возникшей привязанностью к человеку противоположного пола. В отчаянии она безуспешно пыталась связать оба эти чувства воедино.

Ей было так хорошо с ним, когда он лежал без чувств тогда, в горах. Для нее была привлекательной каждая черточка его лица. Элиса пыталась понять и простить грубость его манер. У него была тяжелая жизнь. Таким он родился. Ему никто не помогал.

Чувство симпатии к чудовищу должно было выдержать тяжелые испытания!

Иногда он просто пугал ее своими огромными размерами, неотесанностью и желтыми, коварными глазами, в которых отражалось то равнодушие, то презрение.