Следы сатаны

Во сне ему постоянно снилось что-то мягкое и женственное. Он не знал, что это чувство зовется тоской. Он ворочался из стороны в сторону, пытаясь прогнать видение — пару счастливых глаз, полуоткрытые, улыбающиеся губы с белоснежными зубами… Золотистые локоны, обрамляющие нежное личико…

Но счастье не приходило. Глядя в голубые глаза, он предпринимал все усилия, чтобы стереть с этого личика улыбку. Но тщетно!

Ульвхедин просыпался в холодном поту.

По вечерам он пробирался в деревню, скрываясь меж деревьев и наблюдая за трактиром. В трактире была женщина легкого поведения, обслуживающая всех желающих. Каждый вечер.

В последнее время Ульвхедин все чаще вспоминал то сладострастное чувство, что испытал по дороге из Нурефьелль в Гростенсхольм. Ему хотелось снова обладать женщиной — взять ее сильно, властно, грубо… Разве может быть что-либо лучше?

Огонь разгорался в нем все сильнее.

А эта женщина…

Как-то она вышла из трактира одна. Шла, покачиваясь. Она была дородна, но не некрасива. «Не такая уж и старая», — подумал Ульвхедин. Выйдя из-за дерева, парень заломил ей руки.

— Да, Ваше Превосходительство, — прогнусавила та.

Он потащил ее за собой в лес и бросил на землю. Женщина фыркнула.

— А я про тебя слышала. Ты до смерти напугал крестьян. Никто не знает, где ты живешь. А вот я знаю! Да! Ха! Ты только вышел из теплого дома. Хочешь побаловаться? Фу, черт. У тебя должно быть тут немало добра. Давай, приступай! В меня все влезет.

Без дальнейших церемоний она раздвинула ноги.

Ульвхедин упал около нее на колени. Изо рта женщины несло перегаром, во рту не хватало зубов. Ему стало противно. И тут он услышал нежный голосок «Пожалуйста…» Добрые, голубые глаза… Ее ласковое поглаживание… Тепло…

Он тряхнул головой, избавляясь от видений. Перед ними лежала женщина. Спутанные темные волосы, наглые глаза. Телом пользовался не один мужчина…

Быть вместе. Получить удовольствие…

— Чего же ты ждешь? — нетерпеливо спросила женщина. — Давай! Иди сюда! Дай глянуть, чего у тебя там есть!

Ее руки шарили по-деловому.

А в голове Ульвхедина проносились разные мысли. Преданные глаза… «Господин, вы мне тоже нравитесь!» Ее голос…

— Ах ты, черт! — прорычал он, отбрасывая ее руку и рывком поднимаясь. — Черт бы вас всех побрал!

Он еле сдержался, чтобы не ударить ее по лицу. Женщина была виновата в том, что она была не той. Потому что ему хотелось женского тела…. Он сорвался с места и побежал.

Прибежав, домой, долго сидел на лавке, спрятав лицо в дрожащие руки.

Сорвав с себя одежду, парень долго разглядывал свое тело. И никак не мог забыть другое, которым так давно обладал. Возбуждение все нарастало.

Вспомнил нежные руки, что обнимали его за шею.