Случайное наследство леди попаданки

Но откуда я могла знать, что это важно?

– Получается, что, согласившись платить, ты ожидал… – сообразила я.

Шон, кажется, смутился. И до меня дошло! Да, ожидал! Я вспомнила, как прислала ему письмо и предложила встретиться в банке, чтобы граф мог выдать означенную сумму. Когда же он снял деньги и передал их мне, я помахала ручкой и убежала их тратить. Конечно, я видела, что Шон несколько обескуражен, но решила, что он удивлен моим напором и энтузиазмом.

Да мне и в голову не пришло, что граф решил, что я взяла деньги и тем самым согласилась стать его содержанкой!

А потом через пять дней (вот ведь какой терпеливый!), когда он пригласил меня к себе, дабы «получить отчет о потраченных суммах», я ему предоставила не только отчет, но и смету на будущее.

У меня в мыслях ничего лишнего не было! Раз человек дал денег, совершенно нормально, что он хочет знать, куда их потратили! Неудивительно, что пригласил.

А то, что вышел в халате, так это тоже объяснимо. Я ведь настояла на том, чтобы встретиться утром! Подумала, что граф в халате, потому что только проснулся. А он, оказывается, готовился к… этому самому, но вместо «сладкого» получил скучный отчет.

Ждал-ждал, извелся весь, халатик надел, дабы времени не тратить на раздевание, мечтал о ласке и любви, а тут такой облом.

Бедняга…

Напоролся на попаданку из другого мира, не знающую этих тонкостей, и теперь сидит расстроенный.

На диете.

Несчастье-то какое!

Наверное, если б на моем месте действительно была восемнадцатилетняя девушка, она бы смутилась и оскорбилась, но я-то уже пожила достаточно, чтобы так не реагировать.

Наоборот, меня самым некультурным образом пробило на ржач. Не на скромное хихиканье, а на такой смех, когда пытаешься, но не можешь остановиться. У меня даже слезы на глазах выступили.

– Граф, надеюсь, вы не сильно пострадали от воздержания, – выдавила я, стараясь справиться со рвущимся наружу хохотом.

– Да как такое… пошлячка! – припечатал Шон.

И вызвал у меня новую волну смеха.

– Ты уж определись, пошлячка я, или наивная до зубовного скрежета.

Да, уж! Теперь понятно, почему он скрежетал зубами. Столько времени без «сладкого», небось, нелегко.

Я опять рассмеялась.

В воспоминаниях всплывали разные моменты, когда Шон пытался показать, что рассчитывает на большее, чем просто деловые отношения. Теперь все его действия я интерпретировала совсем иначе. Даже наш переход на «ты», когда мы общались наедине – еще одна попытка сблизится.

– Ну, хватит уже, – прошипел Шон. – Сколько можно хохотать? На нас уже оглядываются.

– Вообще ученые говорят, что смех продлевает жизнь.

– И ты решила обессмертиться за мой счет?

Как тут удержаться?

– Обессмертилась бы, но у меня уже живот болит от смеха. Фух! – выдохнула я. – Считай, что вселенная на тебе отыгралась.