Случайное наследство леди попаданки

Проблема в том, что в этом дурацком обществе любовь дает чаще любовница, а не жена! А брак предлагают только из-за выгоды! И раньше я тебе интересная не была! Но вдруг выясняется, что у нас в семье есть редкий артефакт, который так долго искал твой отец – и все! Ты уже готов жениться!

Я сама не заметила, как встала, подошла к Шону и выговаривала ему претензии в лицо. Было до боли в груди обидно. Жаль, что мужчины видят не меня, а лишь возможность завладеть артефактом.

– С какой стати ты решила, что была мне неинтересна?!

– О да, интересно тебе было! Только не я, а мои якобы совершенные преступления! Ты, наверное, как увидел, меня сразу подумал: «Что за дрянь там с Винсентом пришла? Интересно!».

– Нет! Я подумал, что ты очень красивая и позавидовал Винсу.

– Что?

– Не веришь? А я докажу!

Шон мгновенно оказался близко и впился в мои губы поцелуем.

Я не знаю, почему сразу его не оттолкнула. Наверное, растерялась. А потом не получилось. Ну, в конце концов, я же не каменная! Я в теле двадцатилетней девушки, у которой есть определенные желания и с гормонами все в порядке. Отчасти, для того чтобы приглушить все это, я постоянно работала. Когда каждый день устаешь так, что валишься с ног, думать о всяких там любовях не получается.

Да и что уж скрывать, Шон мне нравился, но симпатию к нему я старательно давила, ведь считала, что никакого будущего у нас нет. Содержанкой я не буду, а женой… он просто никогда не предложит мне чего-то подобного. По крайней мере, до этого момента я была уверена, что не предложит.

А сейчас, когда он решил, что моей семье принадлежит редкий артефакт, сразу сделал предложение руки и сердца. Это было до слез обидно, но обида и злость на него как-то быстро переплавились в страсть. Я неожиданно для себя стала отвечать так, что дыхания не хватало. Сама обвила его шею руками, притягивая ближе, сама прижалась к горячему телу, сама потерлась бедрами о твердый бугор на штанах Шона.

Это не оставило его равнодушным: руки графа спустились с моей талии на ягодицы и чуть сжали. Я застонала, отстраняясь от его губ, и Шон начал целовать шею. Ох, какая тут чувствительная кожа, меня словно маленькой молнией ударило, я выгнулась назад, открывая пространство для дальнейших поцелуев. Шон не подвел.

– Если ты сейчас не прекратишь, то я за себя не ручаюсь, – хрипло сказал дье Омри, посмотрев на меня так, что от вожделения, горящего в его взгляде, все внутри сжалось от предвкушения.

– Что прекращу? – еле выговорила я.

Между ног было горячо и влажно. Мозг, кажется, вообще не работал.

Шон скосил глаза, и я поняла, что расстегнула три пуговицы на его рубашке. Когда успела-то?

– Плевать! – выдохнул он, махнув рукой в сторону двери.

Какая-то магическая защита обвила ручку. Похоже, теперь в кабинет не войти.