Случайный ребенок от миллиардера

Дима потянулся ко мне и запечатлел на моих губах мягкий, короткий поцелуй.

– Ты такая красивая, – неожиданно выдал Соколов, заставляя меня застыть в изумлении. Красивая? Сейчас? В пижаме и с небрежным пучком на голове? Без макияжа и прочих женских штучек, которые делали нас особенно притягательными в глазах противоположного пола?

– Я…"

"– Я соскучился, – прошептал Соколов, напоследок чмокнув меня в щеку. Через пару секунд он вернулся к тефтелькам. – Расскажешь мне, что у тебя нового, как проходили твои дни без меня?

– А тебе интересно?

– Конечно, – он улыбнулся, кивнул.

– Да так… а, впрочем, знаешь, что… есть у меня кое-что, о чем тебе стоило бы рассказать. Наверняка стоило бы…

– Да? И что же это? Я весь внимание.

– Ну… я… как бы… понимаешь… мы же с тобой… на новый год… то есть…

– Алена?

– Я беременна.

Глава 14

– Это такая шутка? – после, наверное, двухминутного молчания, поинтересовался Дмитрий.

– Понимаю, это неожиданно для тебя, поверь, для меня тоже было шоком узнать о таком…

– Так ты меня сейчас не разыгрываешь? – Кажется, Соколов отчаянно хватался за какую-то соломинку, но не судьба, как говорится.

– Да как-то не особо… в смысле, нет! Не разыгрываю я…

Снова воцарилось гробовое молчание. Мне стало не по себе от холодного взгляда голубых глаз, которые начинали постепенно превращаться в те самые льдинки, которые я отмечала про себя в самом начале нашего с Димой знакомства.

– Я прошу тебя, Алена, – жестко проговорил Дима, – скажи, что это просто идиотский розыгрыш.

– Не могу… – прохрипела я в ответ. Руки затряслись, кружка, сжатая в них, мелко задрожала. Я всхлипнула, силясь не расплакаться.

Конечно, он не был рад. Я так и знала. Это была та самая реакция, которой я так боялась.

Не знаю, сколько мы еще просидели в тишине, но в какой-то момент муж все-таки встал из-за стола. А затем с этого самого стола все резким движением полетело на пол. Я вскрикнула и подскочила с места, делая несколько шагов назад.

– Ты что?! Дима!

Он открыл было рот и, кажется, собирался сказать мне очень много всего. Так много, что я помнила бы об этим словах еще очень долгое время, но ничего произошло. Соколов глубоко вздохнул, бросил на меня полный презрения взгляд и вышел из столовой, оставляя меня одну среди разбитых осколков.

Некоторое время я стояла и тряслась, сжимая в руках столешницу, а затем понеслась вслед за Димой.

Нужно было ему все объяснить.

Что он там себе надумал? Куда пошел? Что собирался делать? Чего можно было ожидать от него?

Что ж, в общем-то, ничего хорошего, я вам скажу.

– Что ты делаешь?!

Я застала его в гардеробной. Она находилась прямо рядом с нашей спальней, и мы разделили ее на двоих.