Смертельно влюблён (СИ)

Если бы знал, что ты такое, сразу бы тебя послал, и её бы прихватил с собой. Говори, что с ней, — с каждым словом он всё больше успокаивался, и тон его становился всё серьёзнее.

Даже не верилось, что тот алчный чудак и голос, что со мной говорит сейчас, — один и тот же человек.

И что бы он сам ни сделал, как бы не поспособствовал моим ужасным и несправедливым действиям по отношению к ней, но я всё сделал сам. Своими руками и другими конечностями. Если она ненавидит и боится, то только мои действия и поступки, меня всего.

Так чудовищно и варварски разрисовывал её тело засосами.

Задумывался над тем, чтобы когда-то их превратить в настоящие синяки. Да что там, я и сейчас об этом думаю, но теперь осознание неописуемой вины перед ней просто сжирает меня изнутри.

— Говори, — вновь потребовал он, когда паузу уже задержал я, — пока я не накатал на тебя заяву в полицию. Она ещё несовершеннолетняя.

Ещё одного шантажиста судьба послала. Но, чёрт бы его побрал, даже он имеет на неё больше прав, как одноклассник, чем я.

— Джоеп, дорогой, не надо меня полицией пугать, а то только зайдёшь в участок, а у тебя случайно найдут что-то в маленьком пакетике.

Не испытывай судьбу. Отдохни, успокойся. И никому не говори ни обо мне, ни об этом разговоре. И на глаза больше мне не попадайся, — спокойно говорю я, понижая с каждым словом свой тон, затем сбрасываю трубку.

Не в силах даже понять, что мне делать. Сколько я дел проворачивал по бизнесу, но таким беспомощным придурком не чувствовал себя никогда.

Мне надо вымаливать у неё прощение, думая параллельно, как сделать так, чтобы ни одна живая душа не могла предъявить мне что-то за связь с ней.

Выхожу из гостиной, полный неуверенности в себе и в том, что я делаю.

Становлюсь в дверном проёме спальни. Она всё так же сидит на кровати. Конечно, после всего она боится в моё отсутствие голову повернуть, не то, что отойти куда-то.

Подхожу к ней. Сделанная мною калека, что боится даже посмотреть или заговорить.

— Полин, — тихо начинаю я, клада её ладони в свои. — Милая, прости меня, пожалуйста. Мне очень стыдно. Мне очень жаль, — говорил я, прислоняя тёплые ручки к своим щекам.

— За что простить? — не понимала она, словно уже смирилась с деланным.

— За то, что сделал это с тобой. Не слушал тебя и не верил, — в перерывах между извинениями то и делаю, что её руки, чтобы она вспомнила мою нежность, а не тот кошмар. — Прости, милая, что превратил твою сказку в такой ужас. Я один виноват.

— Зачем ты извиняешься сейчас? Почему ты не мог извиниться сразу, как сделал это? И почему ты сделал это? Ведь я...

— Ты само Божество, маленькая моя. Мне так жаль, Полин, мне очень жаль. Я ненавижу себя за это. Дай мне последний шанс, самый последний, прошу.