Снежинка для бандита

Я замерла, чувствуя, что попала в ловушку. Демид между тем продолжал:

- А так спать будешь только со мной. И у нас уже итак всё было.

Я проигрывала ему - слабая, без поддержки, без денег. Что будет, если он сейчас уйдет? Кто остановит тех, кто за стеной? Кто купит продукты?

- Я боюсь тебя. Ты делал мне очень больно, - не знаю, зачем ему это сказала.

- Так было, потому что у тебя это был первый раз. А по твоему наряду я подумал, что у тебя уже были мужчины.

- Ты хочешь сказать, что больше не сделаешь мне больно?

Сейчас он смотрел на меня с откровенным изумлением. Неужели я и правда, такая дурочка?

- Нет, больно больше не будет.

Из коридора послышался приглушенный мат. Если я сейчас откажусь, а он уйдет, что со мной сделают? Я вспомнила грязных, вонючих мужчин с желтыми зубами, вечно пьяных. Что ждет меня?

И да, я не смогла быть сильной.

Я прошептала:

- Я согласна.

Взгляд мужчины загорелся.

- У нас с тобой договор. Мне нужен аванс. Раздевайся.

Мне все равно придется это делать. У меня нет выхода. Я несмело стянула с себя одежду, оставшись в трусиках.

- Трусы тоже снимай.

Я сделала и это. Только не смотреть на него.

Демид подошел ко мне, подтолкнул слегка к дивану, и, когда я опустилась на него, устроился рядом.

Я слушала его шумное дыхание и не понимала, как могла согласиться на такое. Я отвернула от него голову, вцепилась руками в простыню.

Пусть делает, что хочет.

Его ладонь по-хозяйски огладила мое бедро, а потом переместилась мне между ног.

Демид

Девчонку трясло как осиновый лист на ветру. От меня она отвернулась, да еще и глаза зажмурила.

Я провел рукой по складочкам - сухая. Взять ее сейчас так, это нажить еще кучу проблем к имеющимся. Нужно как-то помочь ей расслабиться.

Только вот как? Если она меня боится чуть ли не до икоты.

А Снежинка была так же хороша, как я помнил: белая молочная кожа, невысокая, стройная, даже мне кажется еще похудевшая с нашей прошлой встречи, холмики грудей увенчаны острыми пиками розовых сосочков.

И там  внизу, насколько я помнил, тоже все было розовое. Я провел по промежности рукой еще раз, Лера вздрогнула. А еще я обнаружил, что половые губки покрыты светлым пушком. Тогда она была там вся гладенькая.

Я спросил:

- У тебя бритвенный станок есть?

Ух, я добился внимания к собственной персоне.

Глаза у малышки стали на поллица.

- Зачем тебе?

- Я тебя между ног побрею. Мне нравится, когда там гладко.

Думал, будет спорить. Но нет.

- В  тумбочке в верхнем ящике возьми.

Я посмотрел там, где она сказала, и нашел станок и полотенце.

- Ноги раздвинь, - приказал глухо.

Налил в какую-то емкость воды и стал осторожно брить промежность. Девчонка затаилась. А я возбудился. Да так, что яйца заломило. Ладно, потерплю. Мне сейчас  главное - ее растормошить.

Закончив, с удовольствием погладил нежную кожу.