Братки – не значит братья

Но там хоть кто-то пытался их обуздать, там шла война, а здесь этим ублюдкам полное раздолье, потому что менты куплены ими…

Он знал, что в Красностальске бандитов хватало и раньше, но тогда их грязные руки не касались его родных и близких, и он даже не собирался бросать им вызов. Но сейчас беда пришла к нему, и он не мог оставаться в стороне.

Лариса жила возле самого завода, и, казалось, трубы доменных печей коптят прямо над головой. Воздух здесь грязный, тяжелый, дом серый, мрачный, и люди здесь какие-то темные, озлобленные. Может, потому сестра Ларисы встретила Саню не очень дружелюбно.

– Э-э… Тебе кого? – с кислым видом спросила она.

Это была Юля, в том никаких сомнений. Такая же красивая, как на фотографии. Только не такая эффектная. На снимке она была в красивом глянцевом платье, в туфлях на высоком каблуке, а сейчас на ней мятый халатик, и волосы слегка растрепаны.

– Я Саня, брат Паши. А ты Юля, да?

Девушка уже заметила награды на его груди и подобрела. А тут еще заявка на родство…

– Брат Паши?.. Э-э, ну заходи!

Квартира у Муравьевых небольшая, сумрачная, с кухни тянуло запахом кислого теста. Лариса находилась в комнатушке, где чуть ли не впритык стояли кровать и раскладушка. Она сидела на стуле и тупо смотрела в окно. Гостей она не замечала, и Юле пришлось тронуть сестру за плечо, чтобы привести в чувство.

– Лар, тут брат Паши приехал…

– Брат Паши?! – встрепенулась Лариса.

Она тоже выглядела не так хорошо, как на фотографии. Запущенный у нее вид, неопрятный, синева нездоровая под глазами, щеки впалые, сутулится. Впрочем, Саня приехал к ней вовсе не для того, чтобы она произвела на него яркое впечатление.

– Из армии вернулся, – подсказала Юля.

– Да, из армии… – кивнула Лариса. – Паша говорил, что Саня должен вернуться…

– Он говорил, а я вернулся, – натянуто улыбнулся парень. – Только ситуация какая-то безрадостная.

– Да, безрадостная… Пашу куда-то увезли.

– Кто?

– Я не могу сказать.

Саня заметил, как закатила глазки Юля. Немой возглас: «Можно подумать!»

– А если скажешь?

– Пашу убьют!

– А кто узнает, что ты скажешь? – спросил Саня, усаживаясь на кровать, куда показала ему Юля.

Она и сама села, легонько коснувшись локтем его руки.

– Ну, я не знаю, – крепко задумалась Лариса.

– Вот и я о том же. Расскажи, что было. Не бойся, нас никто не подслушивает…

– Они меня к себе забрали. Он сказал, что я с ним должна жить. Я отказалась. Он меня избил… – Лариса говорила односложными, рублеными фразами. Чувствовалось, что разговор дается ей нелегко. – Он меня сильно избил. Так сильно, что я потеряла ребенка…

Девушка закрыла лицо руками, но не расплакалась, как ожидал Саня. Может, слез для этого нет? Может, все выплакала?

– Как потеряла ребенка? – не понял Саня.