Снежная империя попаданки

 – И оставь меня наконец в покое. Я прекрасно дойду одна со своей служанкой.

– Еще чего! – возмутился он.

Меня же обрадовало другое, что он не стал отрицать своего имени, значит, я угадала, это был он."

"– Тогда мне придется рассказать твоему отцу, что ты приставал ко мне и домогался! – пригрозила я.

Конечно, я не хотела говорить эту гнусную фразу, но понимала, что по-другому этого зарвавшегося дикаря не осадить. Наверняка он уважает отца, а если нет, то хотя бы боится. К тому же горящий взор, который то и дело останавливался на моей груди и губах, прекрасно подтверждал то, что втайне он именно об этом и мечтал.

После этих слов Чарослав пораженно посмотрел на меня. Я поняла, что веду себя как-то не так. Похоже, дева, находившаяся в моем теле до того, так дерзко и свободолюбиво себя не вела. Именно эта мысль пришла мне в голову.

– Я ясно выразилась, Чарослав? – продолжала я гнуть свою линию. – Для тебя я жена отца и госпожа Златовея! И прошу впредь обращаться ко мне только так и относиться с уважением!

Я видела, как по красивому лицу блондина пошли темные пятна, а на высоких скулах заходили желваки. Он был взбешен. Что ж, пусть привыкает. Больше я не позволю обращаться с собой неуважительно и гнусно этим варварам. Все же я такой же человек, как и они. И имею право на свое мнение и желания.

– Как ты заговорила! Неужто и впрямь поумнела? Или просто скрывала все это время высокомерный нрав? – прошипел Чарослав злобно, испепеляя меня грозным взором.

«Это не высокомерие, глупый, а достоинство», – усмехнулась я про себя.

– Позволь мне пройти. Я больше не желаю говорить с тобой, – заявила я, приподняв повыше подборок.

Его губы сложились в хищную улыбку-лезвие.

– Что ж, иди, – выдохнул он грудным голосом. – Смотри только, не заблудись по дороге. Не то мой отец не просто посадит тебя в темницу, а еще и высечет, как своевольную жену, которая шатается невесть где.

Ну разве можно было поверить в то, что этот грубиян был тем самым добрым человеком, который приказал служанке принести мне еды и теплые вещи в темницу? А потом и просил за меня перед этим жутким Военегом, чтобы тот выпустил из заточения.

Совершенно два разных человека.

Я прищурилась и уже открыла рот, чтобы достойно ответить этому хаму, но поняла, что это бесполезно. Похоже, все окружающее общество было таковым: грубым, неотесанным. А этот красивый опасный молодчик был обычным его представителем. Что с него взять? Возможно, он и не представлял другого обращения с женщинами.

Потому я как можно ласковее улыбнулась, чтобы посильнее позлить его, и ехидно вымолвила:

– Благодарю, Чарослав. Когда ты держишься на расстоянии, мне это нравится гораздо больше, чем когда хватаешь руками. Потому впредь воздержись от общения со мною.