Снежная империя попаданки
Пошла на свадьбу к внуку, а попала в другой мир. Теперь я – Златовея Ясная – редкий экземпляр девицы расы галанов. Дядя выдал меня замуж за безжалостного свирепого воина Военега из клана Медведей. Но мой муж возненавидел меня сразу же, считая бесплодной. Решив избавиться от неугодной жены, он сослал меня на крайний север в Налагию, где вечная зима и жуткий холод. Военег надеется, что в суровом климате я долго не проживу. Сам же он намерен взять себе новую жену. Однако никто не знает, что в теле тихони Златовеи – я – Ольга Ивановна Леденева, бывшая крановщица и вообще комсомолка – парашютистка в молодости. Потому я не собираюсь умирать на севере. И еще покажу этим варварам из дикого мира, где раки зимуют!
Ну что ты в самом деле, Чарослав? Ты так ничего и не понял.
– Все я понял, Вея. Ты хочешь использовать меня. Вертеть мной, держать под каблуком. Чтобы ты царица, а я у тебя на побегушках. При всех приказала ехать за тобой на эту треклятую площадь. Еще и грозила. Унизила меня перед Медведями. Так не будет, Вея. Если равноправия хочешь, тогда и ты ничего не решаешь без меня, как и я без тебя.
– Согласна. Я погорячилась сегодня. Но так боялась, что Некраса казнят.
– Вот и славно. И теперь надо скрепить наше равноправие как следует.
Его поцелуя я не смогла избежать, так как уже была в объятиях Чарослава. На удивление, мне даже понравилось. Он действовал крепко, по-свойски и нежно одновременно. Оттого я тоже поцеловала его в ответ и обняла.
– Я жду, Вея. Как надумаешь принять меня, только скажи, – хрипло заявил он.
Видимо, наш поцелуй натолкнул его на мысли о близости. Но я была к этому не готова.
– Мне нужно еще время, Чарослав.
– Ладно, я понял. Пойдем на пир, а то посадник обидится.
Глава 38
Пир у посадника был шумным, с обильными яствами, винами и сладостями. Я поразилась этому. Откуда столько разносолов? Ведь видела, что в округе люди жили бедно, наверняка впроголодь. То же говорили и местные рыбаки, у которых мы останавливались в первую ночь в Налагии.
Наверняка, как в Елизарии, здесь жировали те, кто стоял у власти, а с остальных жителей сдирали податей в три шкуры. Слышала от местных я эти слова, когда мы ехали в дом посадника.
Но знала, что это ненадолго. В моей империи такого точно не будет. Каждый житель будет иметь и достаток, и достаточный отдых. По крайне мере, я к этому буду стремиться. И я уже примерно знала, какие законы надо принять первыми.
Посадник, сидевший рядом, все пытался напоить меня заморским вином и делал глупые комплименты. Я же не пила, а изучала окружающих меня местных людей, приближенных посадника, занимавших руководящие посты в этой части земель. Лица их мне не нравились, какие-то злые и заплывшие. Здесь были в основном мангры и немного хоров. И, что странно, ни одного галана, только те, что приехали со мной.
– Приходится брать на службу в сотники и главы самых безжалостных и лютых, – объяснял мне посадник. – Иначе местных людишек не подчинить. А у меня здоровье плохое уже, не могу за всем уследить. Собираюсь через два года обратно в теплые страны перебираться, здесь-то климат дрянь, все зубы и волосы потерял уже.
Посадник объяснил мне, что мангрийцы и хоры приезжали сюда на управленческую службу на пару лет, как и он на пять лет. Чтобы заработать денег и вернуться обратно на родину. Но я понимала, что все эти годы они просто нагло воровали здесь все что можно и с награбленным возвращались в другие страны. И это было мерзко.

















