Снежная империя попаданки

Но он даже не колебался, когда прорычал свой грозный ответ:

– Отныне нет меж нами договора, Углеб! Я и мои сородичи служим царице этих земель – Златовее Морозовой. Да будет так.

Гордей перевел слова медведя, и лицо Углеба перекосилось от дикой ярости. Он сжал кулаки.

– Ты пожалеешь, зверюга! – процедил он с угрозой и приказал: – Приготовить оружие!

– Углеб, это глупость! – вскричал испуганно один из людей главаря, видимо, его приближенный. – Они нас порвут на куски! Их полтысячи!

Берн же оставался спокойным и хладнокровным. Даже не повел ухом от слов и телодвижений разбойников. Я поняла, что теперь самое время вмешаться мне.

– Углеб, опусти оружие и останови своих людей! – прокричала я громко, обращаясь к рыжему главарю. – Я все еще предлагаю решить все мирным путем!

– Я не подчинюсь тебе, белобрысая тварь! – выкрикнул в бешенстве Углеб.

– Сначала выслушай мои условия, разбойник. А потом и решишь, что делать дальше!

Глава 44

Окружающие нас люди замолчали. Медведи тоже перестали рычать. Все ожидали моих дальнейших слов, понимая, что сейчас решается нечто важное. Будет ли продолжаться бой и резня, или же все может разрешиться без кровопролития.

Я чувствовала, что большинство не хочет продолжать драку, даже Углеб. Я видела по его напряженному мрачному лицу, что он прекрасно осознает то, что им не одолеть стольких медведей, но все равно он не желал сдаваться. И я знала отчего.

Главарь не хотел показать свою слабость. То, что он склонил голову перед какой-то бабой. Ведь он несколько лет наводил страх на всю округу. И все говорили о его жестокости и суровости. А сейчас ареол бесстрашного грозного разбойника мог разрушиться в один миг. Но я видела, что он понимал, что все зашло слишком далеко, и надо хоть как-то договариваться.

И я желала того же. Всегда придерживалась правила – худой мир лучше хорошей войны. И надо было предложить разбойникам нечто, чтобы могло бы заставить их сложить оружие и встать на мою сторону.

– Углеб, мне не нужно твое подчинение и смирение. Мне нужен равноправный союз. Без ущемления интересов каждой из сторон, – сказала я громко, чтобы слышали все.

– Говори яснее, галана! – прорычал он в ответ.

Я даже облегченно выдохнула. То, что главарь разбойников захотел подробностей и назвал меня галаной, а не каким-то оскорбительным словом, как называл до этого, говорило о том, что он поменял свое мнение и уже хотел услышать меня и мое предложение. Я была на верном пути.

– Предлагаю тебе и твоим людям договор, – продолжала я. – На ближайшие три года на всех северо-восточных землях ты и твои приближенные будете отвечать за рабочие дружины и отряды. А твои разбойники станут трудиться на благо страны. Мне понадобится много рук, чтобы преобразить этот край. Сделать его великой страной.