Солдат Империи (СИ)

Владимир рассудил, что если русский, еврей и татарин сговорились о разделении доходов, и даже привлекли к делу сыновей, то они и с чёртом договорятся.

Для консультации молодого человека, одетого словно с обложки, и непросты орденом на пиджаке, вышли все три основателя фирмы, а услышав вопрос, после короткого консилиума, пригласили знатока армейской жизни маршала Славского, уже пять лет пребывающего в отставке.

Евгений Иванович внимательно выслушал Владимира и пояснил, что все серьёзные, но неслужебные разговоры ведутся в кабинетах ресторана «Тихая заводь», на Большой Стрелецкой. Ресторан держал бывший полковник Имперской стражи, и своим авторитетом гарантировал отсутствие подслушивающих устройств, и иных технических средств, способных нарушить приватность. Заказ в ресторане тоже некоторым образом определял вид встречи. Например, утка в яблоках, обычно заказывалась по случаю отставки, лосиная строганина, к перемене места службы, а пельмени из лосося к производству в следующий чин.

— А у вас какой случай? — Поинтересовался маршал.

— Возвращение на службу, товарищ маршал авиации, но не государеву, а частную. Мою.

— Тогда заказывайте медвежью лапу в брусничном соусе. — Он усмехнулся и покачал головой. — Сами-то, когда на службу?"

"— Отучусь в академии, и вперёд. — Владимир улыбнулся. — Не минует нас служба царская. Но не хотелось бы создаваемое хозяйство бросать на случайных людей.

Строго в назначенное время, генерал-полковник Мир-Бек Юнусов, генерал-лейтенант Зубатов и контр-адмирал Григорян, взошли по высокой лестнице ко входу в ресторан, прошли через распахнутые двери в зал, и подхваченные метрдотелем, проведены в «Золотой зал», где уже ожидал сервированный стол, и Владимир одетый в скромный полувоенный длиннополый френч, ещё невиданного здесь кроя, с глухим отложным воротником, и прямыми брюками.

— Товарищи, — Владимир встал. — Спасибо, что приняли моё приглашение, надеюсь ужин вас не разочарует. — Он дал понять официантам, что пора начинать, и те внесли три подноса, с хрустальными рюмками. Правда в рюмках Владимира было чрезвычайно слабое сухое вино, но у мужчин с большими звёздами, и гербовыми соколами на погонах, отличная Левашовская водка.

— За государя-императора! — Провозгласил первый тост старший по званию Мир-Бек Юнусов.

Все выпили.

— За Россию! — Поднял вторую рюмку Зубатов.

— За армию и флот! — Григорян отсалютовал последней рюмкой, и закинув в рот оливку, сел, ловко убрав из-под себя кортик.

В начале застолья никто дела не обсуждал. Так, мелочи всякие. Например, Юнусов поделился слухом, что какой-то торгаш, хотел нанять ватагу для «вразумления» одного школяра Академии.