Сохраняя веру

Что вы хотели сказать, преподобный отец?

– На мой взгляд, это недопустимо, когда раввин говорит мне, что должны делать христиане.

Ларри Кинг постукивает ручкой по столу:

– Скажите нам, отец, почему так получилось, что заявления еврейской девочки привлекли внимание Католической церкви?

Малруни улыбается:

– Потому что эта девочка собрала вокруг себя большую группу католиков."

"– Ей всего семь лет. Это значения не имеет?

– Нет. Католическая церковь неоднократно признавала визионерами детей, которые были еще моложе. А семь лет – это как раз тот возраст, когда по традиции человек считается достаточно зрелым, чтобы нести моральную ответственность за свои поступки.

Не случайно примерно в этом возрасте католики впервые исповедуются.

Ларри Кинг сжимает губы, потом замечает:

– Но ведь, по словам матери, девочка не получила никакого религиозного воспитания. В студию поступил звонок, давайте послушаем. – Он нажимает на кнопку. – Здравствуйте.

– Здравствуйте. У меня вопрос к раввину. Если Вера Уайт не мессия, тогда кто же она?

Равви Соломон смеется:

– Она маленькая девочка, исключительно духовно одаренная и, вероятно, лучше большинства других людей умеющая открываться Богу.

– Если она еврейка, то почему у нее раны, как у Христа? – спрашивает следующий дозвонившийся телезритель.

– Позвольте мне ответить, – просит Малруни. – Необходимо помнить о том, что епископ пока не высказал своей официальной позиции относительно предполагаемых стигматов. Для того чтобы стигматик был признан Ватиканом, может потребоваться несколько лет и даже десятилетий.

– Вот именно, – соглашается Ларри Кинг. – Мы здесь говорим не о монахине-кармелитке, а просто о ребенке, к тому же не принадлежащем к Христианской церкви.

 – Он поворачивается к равви Соломону. – Каким образом у еврейской девочки могут появиться раны, повторяющие раны Спасителя, в которого она не верит?

– Вера Уайт – чистая страница, – вклинивается Малруни. – Если у невинного ребенка, верующего, но не принадлежащего к Христианской церкви, возникают такие ранения, это свидетельствует о том, что истинный Господь наш – Иисус Христос.

Равви Соломон улыбается:

– Я смотрю на это иначе. Мне кажется, Бог выбрал еврейскую девочку и добавил в ее «набор» еще и стигматы, потому что хотел привлечь внимание многих людей.

Разных людей. Христиане, евреи – мы все сейчас за ней наблюдаем.

– Но почему сейчас? Зачем Ему было ждать тысячу лет? Это имеет какое-то отношение к миллениуму?

– Разумеется, – отвечает священник. – Люди издавна связывали апокалипсис с рубежом тысячелетий, ожидая искупления своих грехов.

– По еврейскому календарю даже до конца века остается еще сорок три года, – смеется раввин.