Сохраняя веру

Та ерунда, которую он вчера «скормил» Мэрайе, те маленькие уступки, которые он делал, чтобы мать и дочь подумали, будто он начинает им верить, – все это оказалось не совсем притворством. Как журналист, Иэн, наверное, и хотел увидеть неудачу Веры. Но как человек, он желал ей успеха.

Он ведь знал: аутизм не лечится ни взглядом, ни прикосновением. Вера Уайт, вопреки всем своим претензиям, оказалась фальшивкой. Однако на этот раз правота не принесла ему никакого удовлетворения. Эта маленькая девочка, которая всех дурачит, сумела показать Иэну, что он все это время дурачил сам себя.

Мэрайя дотрагивается до его плеча, он стряхивает ее руку. Как Майкл, думает он и спрашивает себя: может быть, брат не терпит прикосновений, потому что не выносит такой откровенной прямодушной жалости?

– Уходите, – бормочет он.

Ноги сами собой несут его по коридору. Стремительно вылетев из здания, он бежит в парк, к лебяжьему пруду. Там он срывает с лацкана микрофончик, достает из кармана диктофон, в котором все еще крутится кассета, и со всей силы швыряет все это в воду.

В домик на берегу озера Перри Иэн возвращается почти в половине четвертого утра.

Мэрайя знает, который час: она ждет, волнуется. Убежав из Локвуда, Иэн забрал машину, и им с Верой пришлось добираться обратно самим. Когда они вышли из такси и не увидели его автомобиля, Мэрайя подумала, что он вернется к ужину. К девяти вечера. К полуночи."

"Она представляла себе, что машина съехала в кювет или врезалась в дерево. Иэн, конечно, был не в том состоянии, чтобы садиться за руль. Но вот он вернулся невредимый, и Мэрайя, облегченно вздохнув, выходит из своей спальни. Сначала она чувствует алкогольные пары и только потом видит самого Иэна: в расстегнутой рубашке он развалился на диване с бутылкой виски в руке.

– Уйдите, пожалуйста, – говорит он.

Мэрайя облизывает губы:

– Мне очень жаль, Иэн. Я не знаю, почему моей маме Вера смогла помочь, а вашему брату – нет.

– Я скажу вам почему, – цедит он сквозь зубы. – Потому что она, черт подери, мошенница! Она даже порез от бумаги на пальце вылечить не может! Мэрайя, да бросьте вы наконец это притворство!

– Это не притворство.

– Притворство, да еще какое! – Иэн взмахивает бутылкой, и часть содержимого выливается на диванные подушки.

 – Вы притворялись с той самой минуты, когда я увидел вас в самолете. Ваша дочурка играет так, будто надеется получить чертов «Оскар», а сами вы… вы…

Он подходит так близко к Мэрайе, что она улавливает выдыхаемые им алкогольные пары. Поколебавшись, она подается вперед и целует его. Сначала их губы соприкасаются легко и медленно. Потом Мэрайя обхватывает голову Иэна руками и прижимается к нему. Новым, более глубоким поцелуем она как будто бы хочет вытянуть из него то, что причиняет ему такую боль.