Сохраняя веру

Жестикулируя, он рассказывает троим своим помощникам анекдот:

– Итак, открывает апостол Петр врата рая перед папой римским и адвокатом: «Входите, я покажу вам ваши новые жилища». – Мец окидывает аудиторию взглядом: тот, кто успешно выступает в суде, не может не быть хорошим актером. – Ведет их Петр к золотому пентхаусу, построенному на облаке. Внутри золотая сантехника, шелковое белье, дорогущие ковры. «Это твой дом», – говорит Петр юристу, а с папой идет дальше и приводит его в комнатушку с маленькой кроватью и умывальником. – Заговорив с итальянским акцентом, Мец изображает возмущенного понтифика.

 – «Мамма миа, да как же так?! – кричит папа. – Я прожил праведную жизнь, я возглавлял Католическую церковь, и меня вы селите здесь, а какому-то адвокатишке даете пентхаус?!» Петр кивает: «Видишь ли, пап у нас тут девать некуда, а адвокат попал к нам впервые».

Слушатели начинают дружно хохотать. Никто так не любит анекдоты про юристов, как сами юристы. Но Мец прекрасно понимает: даже если бы он просто зачитал вслух какой-нибудь скучнейший закон, ожидая, что подчиненные будут смеяться, они бы катались по полу.

Система внутренней связи издает сигнал, Мец поднимает руку, и все тотчас замолкают.

– Соедините, Пегги, – говорит он секретарше; подчиненные напряженно ждут. – Хорошо. Да, я понял.

Повесив трубку, адвокат складывает руки на полированном столе.

– Джентльмены и леди, – объявляет он, – нам отказали в проведении одностороннего слушания. – Мец поворачивается к Ханстеду, своему первому помощнику. – Позвоните Колину Уайту. Пусть наденет приличный костюм и ждет меня в четырнадцать тридцать у здания графтонского окружного суда.

Ли, – говорит он второму помощнику, – известите прессу. Журналисты должны знать, что отец беспокоится за безопасность своей дочери.

Молодые люди выходят, спеша выполнить задания босса.

– Жаль, – произносит Элкленд, третья помощница Меца, теперь оставшаяся с ним наедине. – Не повезло.

Адвокат пожимает плечами, собирая бумаги со стола:

– Я, вообще-то, и не ожидал, что судья примет решение в мою пользу. – Мец постукивает по краям стопки документов, выравнивая ее. – Я специально подал это прошение, чтобы он отказал мне и на этом успокоился.

Давайте называть вещи своими именами: ни один провинциальный судья не рад видеть у себя в зале такого адвоката, как я. И если этот Ротботтэм хочет показать мне, что из нас двоих главный он, то пусть лучше подотрется этой бумажкой, а не чем-нибудь действительно важным.

– Так, значит, это была тактическая уловка? – с удивлением спрашивает помощница. – А на самом деле ребенку ничто не угрожает?

– А черт его знает! Папаша доволен тем, что мы подали прошение. Судья доволен тем, что отказал нам.