Соломон. Забытая нежность

Слишком она добрая и открытая девочка и если человек плохой остро это чувствовала и замыкалась в себе. Отца видела и плакать начинала от страха. А тот как будто издевался над ней, и пьяный доводил ребёнка сильнее. Мы потому прятались от них от греха подальше. А то он в последнее время руки принялся распускать, я все боялась до беды это все дойти могло. Что в итоге и произошло…

Я не спала почти всю ночь, слушала, как стрекотали сверчки и шумел ветер в деревьях, гладила голову и спинку Маши и думала. Думала о том что согласилась в первую очередь ради нее. Потому что нам некуда идти. Даже соседи и те не пришли узнать что с нами и как после пожара. Что за нелюди! Обычно в маленьких посёлках все друг друга поддерживают, а тут… Хотя какое может быть отношение к девочкам, дочерям алкашей, из-за которых чуть не погорел поселок? Я поэтому не хотела оставаться больше в Рыбачьем. Тем более я никуда не поступила, а Маше нужно в школу идти. А жить, а кушать на что? Даже одежды толком не было, спасибо Игорь и об этом позаботился. Нет, я не собиралась таким образом перекладывать всю ответственность за нас с Машей на плечи Соломона, но одной мне сейчас не выкарабкаться и я отчётливо это понимала.

У меня даже вариантов других не было как откинуть все сомнения и воспользоваться предоставленным шансом. Главное у моей девочки все будет хорошо, она пойдет учиться в школу, будет хорошо питаться и я возможно устроюсь куда-то на работу. Потихоньку окрепнем, встанем на ноги и уйдём от Соломона, чтобы не быть для него обузой и не мешать его личной жизни. А там глядишь, и время пролетит и я попробую ещё раз поступить куда-нибудь… А моей решимости и запала уж точно хватит, чтобы не опустить руки.

Вчера вечером Игорь сообщил, что ближе к обеду мы уедем в Москву. Глаз я ночью больше после этого заявления не сомкнула, а утром сходила на пристань и окинула печальным взглядом привычные и любимые места. Да, мне было очень тяжело уезжать из этих мест, прощаться с привычной обстановкой и отправляться в неизвестность, в совсем другой мир. Но разве были у меня другие варианты? Я не позволю никому отобрать у меня Машу и у меня получится устоять на ногах. Обычно трудности не только приносят много душевных терзаний и мук, но и закаляют, делают сильнее. Зачем-то эти испытания были посланы для меня свыше. Значит я должна была их преодолеть. Ради Маши и нашего с ней благополучия. У сестры больше никого не осталось кроме меня и я не хотела подвести ожидания и чувства маленького и любимого человека.

— Аня, пожалуйста, пойдём, поищем Пуховика! — мы уже собирались уезжать.

Я старательно отгоняла все мысли относительно этого момента и старта в новую жизнь. Не строила ни иллюзий, ни питала никаких надежд.